Света подбадривает свою подругу, но та все равно молчит о том, что действительно произошло в ее отношениях. Пятый месяц беременности и еще больше загадок скрываются за улыбкой Светки. Вместе они размышляют о судьбе ребенка, планируя будущее.
Нет, рядом люди, другие гости, друзья, но без поддержки Лизы, сидеть и делать вид, что все хорошо, очень и очень тяжело.
Случайно сталкиваюсь с Ильей взглядами. Как только это происходит, он поднимается со стула. Мы сидим по разные стороны стола, очень далеко друг от друга. Это радует, но теперь, все видят, что он направляется именно ко мне.
Зажмуриваюсь и щиплю себя за ногу под столом.
Мое короткое черное платье с огромным вырезом на спине, вдруг становится колким и неудобным. Это все от нервов. Закидываю ногу на ногу и качаю ступней.
Илья останавливается рядом и именно в этот момент, у меня слетает туфля. Траекторию выбирает самую запретную, приземляется прямо перед Антиповым.
Оба, как дураки смотрим на элемент моего гардероба.
Антипов наклоняется, подбирает туфлю и обхватывает пальцами мою лодыжку, надевает обратно.
— Спасибо, — прокашливаюсь. — Но я бы и сама справилась.
— Уверен, что это так. Потанцуем? — протягивает мне руку.
Чувствую любопытные взгляды. Вздыхаю и киваю.
Устраивать представление я не собираюсь просто потому, что выше этого.
Мы выходим из-за стола.
Илья стискивает мои пальцы, которые я тут же вырываю из его захвата и аккуратно кладу ему на плечи. Едва касаюсь.
Покачиваемся в ритм мелодии, переступая с ноги на ногу.
Чувствую ладони мужа на талии. Они сомкнулись на спине и касаются голой кожи в вырезе платья. Илья, в отличие от меня, не скромничает. Прижимает, как родную. Так, словно между нами ничего не произошло. Это бесит. Его гадкая уверенность в том, будто я его прощу.
— Хорошо выглядишь. Очень красивая."
"— Знаю, — киваю. — Не могу сказать о тебе того же.
— Много работы и бессонных ночей.
— О…подробности этих ночей, пожалуйста, не уточняй. Пожалей мою психику.
— Ревнуешь?
— Нет. Беспокоюсь о твоем костюмчике. Что это, кстати? Том Форд? — подцепляю лацкан пиджака. — Вдруг меня случайно вырвет от отвращения, — улыбаюсь.
Илья копирует эту эмоцию. Уголки его губ тоже заостряются.
Оказывается, можно нормально общаться.
Можно не испытывать панический ужас, когда он рядом.
Можно жить дальше.
У меня получается. С натяжкой, но я делаю все более уверенные шаги, чтобы вдохнуть, наконец, полной грудью.
— Слышал, ты закрыла магазины.
— Несколько. Как только разобралась с налогами, — прищуриваюсь, — ты меня подставлял. Схема, о которой я не знала…с каждым днем, ты падаешь в моих глазах все ниже.
— Если бы что-то пошло не так, я бы вмешался и взял всю ответственность на себя.
