В темном зале клуба мужчина в дорогом костюме перепивает коньяк и погружен в воспоминаниях о прошлом, когда другой, более опытный мужчина внушал ему: "Не люби. Никогда не позволяй себе такое." Аромат алкоголя стекается по стенам клуба, создавая непробиваемую атмосферу роковой страсти и тайны....
Единственное, что её встревожило сильно, на грани инстинктов, - ощущение, что вопрос был адресован именно ей. И касался он непосредственно её. Как и недовольство хозяина дома. Может, ей не стоило выходить из комнаты? Надо было дождаться утра, когда за ней придут? Но смысл? В конце-то концов, Вика живой человек, и они прояснили, что она непричастна к похищению Эли. Правильно она запомнила имя девочки?
В груди у Вики тревожно заныло от дурного предчувствия. Кажется, она поспешила, решив, что утром будет проще, что вчерашняя буря окончательно уляжется за ночь.
По спине девушки прошелся неприятный холод.
- Как интересно, - вздернул кверху бровь нефтяник, проходя дальше.
Ощущение надвигающейся угрозы у Виктории усилилось. Она одернула себя. Совсем перестает воспринимать окружающий мир нормально.
Булат усадил девочку на диван, та поджала ножки, с интересом наблюдая за взрослыми. Вика сильнее вцепилась в чашку с кофе. Ей бы уйти… Не смотреть за общением отца и дочери. Но её взгляд, точно приклеился к ним.
Вика всё же отвела взгляд, уткнув его в черную жидкость в чашке.
Булат распрямился и направился к холодильнику. Неужели станет готовить дочери завтрак? Сам?!
В понимании Вики у олигарха должна быть дюжина прислуги. Бойцы есть, а повара нет? Быть такого не может.
Она не ошиблась. Булат достал молоко, потом из шкафа сухой завтрак. Молоко налил сначала в чашу для микроволновки и поставил греть. В его движениях не было суеты, нервозности, он точно знал, где что лежит и что делать.
- Савелий, у тебя нет других дел, как ошиваться на кухне? – ещё один вопрос, заданный приказным тоном.
- Понял, Булат Маратович. Пошел я тогда спать. Информация у вас на столе.
- Я видел.
При слове «информация» Вика встрепенулась. Не по её ли душу?
Микроволновка подала сигнал, что молоко подогрето. Булат достал его, засыпал в него сухой завтрак, после чего тарелку поставил на небольшой деревянный столик и понес его к дивану.
Она заерзала, устраиваясь удобнее, когда отец поставил столик рядом с ней.
- Так нормально?
Девочка кивнула.
- Точно ничего другого не будешь?
Она помотала головой и потянулась за ложкой.
Вика не могла видеть выражения лица девочки, а почему-то хотелось."
"Свой кофе она допила. Савелий – тоже. Потому что прошел мимо неё к раковине.
