В черном шерстяном дублете и сапогах лежит незнакомец, кинжал на поясе, прикрывает мокрую девушку в худенькой сорочке со слегка растрепанными рыжими волосами. Она уже не дышит, а он, устав от этого трагического случая, пытается её спасти, хотя в этом почти нет надежды.
Некромант вполне поддался на его нехитрую ложь и согласился выехать из замка вместе со своим скарбом, мальчишками и слугой. Невелика хитрость — слуга не воин, мальчишки это мальчишки, а одного мага как-нибудь упокоим.
Но кто ж знал, что этот чёртов маг окажется так силён?
Рон не мешался в схватку, пока мог. Но это дьявольское отродье чем-то напугало обученного боевого коня, и тот мало того, что скинул Рона, так ещё и наступил ему на ногу со всей конской дури. Рон проорался, встал на ногу при помощи верного Джонни Палаша, оперся на палку и похромал поглядеть — что там с некромантом.
А некромант, скотина такая, сам едва живой, но смог как-то затащить Рона в свою некромантскую изнанку мира. Господи, как же там было страшно, а он ещё и ударил — почему-то он там мог и шевелиться, и ударить, сам же едва жив стоял!
Но — очевидно, господь услышал молитвы Рона, потому что кто-то вытащил их наружу. И что было дальше, Рон уже не помнил — потому что обеспамятел, и в себя пришёл только через сутки на постоялом дворе.
Помер — это прекрасно. Это замечательно, это невероятно. Этим надо пользоваться.
Но пришлось смирно лежать дома и терпеть процедуры от мага-целителя. Он сказал, что сломанная нога срастётся, а вот след на лице…
Там не было раны — в нормальном смысле слова. Кожа всё равно что серой коркой покрылась, и оттуда иногда что-то шелушилось, такое же серое и противное.
Ночью, во снах, приходили тени — убитых им людей, ещё кого-то — и говорили, что он уже почти их, и что скоро они получат его совсем. Чтобы спать без этих кошмарных снов, приходилось вечерами напиваться замертво.
Мать кудахтала — как же так. Отец злился — нарвался так нарвался. Ну да, нарвался. Но кто ж знал, что с этим дурацким магом так выйдет?
Но — маг в столицу не возвращался, и никто ничего о нём не знал. И это было прекрасно.
А потом прибыли Торнхиллы — Джон с женой, Джейми и Кэт. Сходили к её величеству, та с ними, как сказали, долго беседовала, и — никто не знал, что решила. Зато велела Рону тоже прибыть и держать ответ.
Ну что, велено — значит, пойдём.
