В заброшенной деревне за окопами, где скрываются последние защитники города, свет изящных вишневых плантаций становится единственным источником тепла и жизни. Здесь мирно царит природный покой, даже между рывками артиллерийского огня, и любовь, как вишнёвые ягоды, тихо разрастается над уцелевшими жилищами и выжившими людьми....
И только теперь Вероника посмотрела по сторонам и с удивлением обнаружила, что они стоят в каком-то подъезде, перед железной дверью, ведущей в подвал, закрытой на внутренний замок и еще, видимо для надежности, на навесной большой амбарный замок. Дедушка Олег толкнул дверь, она открылась.
Пахнуло старыми, затхлыми вещами, гниющим луком и картошкой. Вниз вели три ступеньки. Спустившись по ним, Ника оказалась в длинном темном коридоре, по бокам которого тянулись ряды дверей сараюшек с номерами квартир на них. Ника с дедушкой прошли почти до конца коридора и остановились перед предпоследней дверью справа, но номера на ней почему-то не было.
Олег прошел к противоположной двери стене, отодвинул в сторону какие-то коробки, расчистил от вещей небольшое пространство и махнул Нике рукой, подзывая к себе.
– Теперь смотри и запоминай, – сказал он, указав на стену, – пятый кирпич снизу, – он отсчитал ряды, – и четвертый справа от стены.
Он нашел нужный кирпич, ничем не отличавшийся от всех остальных.
– Надо сильно надавить. Ну-ка, попробуй.
Дедушка отодвинулся в сторону, давая Веронике возможность подойти.
Несколько секунд ничего не происходило, и вдруг стена дрогнула и часть ее кирпичей выступила из общей стройной конструкции на несколько сантиметров.
Дедушка Олег толкнул и открыл дверь в маленькую комнату, совсем темную, с низким, метра два, потолком, бетонными стенами, площадью не больше шести метров.
"Невзирая на кромешную тьму, Вероника почему-то видела очертания предметов очень четко. Наверное, эта комната когда-то являлась частью какого-то стратегического сооружения. Кто его знает, что таит в себе неизвестная подземная Москва.
