Автор
Ее сердце отчаянно колотилось от боли и страха. Она вспомнила мгновения до того, как все стало гостиничным номером и антисептиком. Теперь она была всего лишь призрачной матерью, стремительно исчезающей в холодных стенах, когда ребенок ее ушел.
Чейз был по-прежнему в рубашке и шортах, его волосы несколько взъерошились, а на резко очерченном подбородке уже проступила чуть заметная щетина. Вид у него был очень сексуальный, а дразнящая улыбка сулила многое. Глория качнула головой, освобождаясь от его руки. Она была несколько смущена. Всякий раз, когда он приближался и прикасался к ней, она начинала испытывать волнение, с которым никак не могла справиться.
— Полчаса… — медленно проговорила она, сердитая на него за пренебрежительное к себе отношение.
Она сошла вниз даже раньше, чем было сказано, чтобы обнаружить, что он уехал, причем не к кому-нибудь, а к прекрасной Мэгги. А теперь он спрашивает, не потеряла ли она его! Ну и наглец!
— Ты искала меня, Глория, хотя заставить тебя что-нибудь признать почти невозможно. Извини, но я получил срочный вызов и вынужден был покинуть тебя.
— Ну да, конечно, — фыркнула женщина, отлично зная, где и с кем он был.
— Я по крайней мере отсутствовал всего пару часов, дорогая, — насмешливо произнес он.
Глория вспыхнула и, поднявшись на ноги, в упор посмотрела на него.
— А я уверена, что это ты меня потерял, — едко бросила она, прекрасно помня, как он безнадежно пытался отделаться от нее.
— Да, потерял. Это ты права.
Его неожиданное признание заставило Глорию недоверчиво взглянуть на него.
— Ладно. Перестань говорить глупости, — грубо сказала она и хотела обойти его, но он поймал ее за руку.
— Ты нисколько не изменилась, Глория. Я надеялся, что за последние несколько лет ты повзрослеешь, но, похоже, ошибся — ты все то же себялюбивое дитя, каким всегда была. Ты думаешь только о себе, и тебя не заботит, что могут пострадать твой муж, друзья, Софи… — Он презрительно усмехнулся. — Лишь бы малышка Глория получила в данный момент то, что ей хочется.
Господи! Он имел нахальство обвинять ее в чем-то! Но упоминание о милой Софи всерьез задело женщину.
— Я писала Софи! — защищалась она, стараясь не обращать внимания на бешеный стук сердца, вызванный близостью Чейза.
— Один раз, и притом из Бахрейна. Бедная женщина решила, что тебя похитили белые работорговцы. — Его взгляд нагло и дерзко оценивал ее. — За тебя дали бы хорошую сумму, это точно.
Сомневаюсь, подумала Глория и весело улыбнулась, представив, что Чейз мог быть кем угодно, но только не работорговцем. А что касается Софи, то старушка, наверное, так и решила.
