Соколов русским царям присылали со всех концов земли — даже персидский царь и турецкий султан. Если соколы были не ручные, а дикие, то их брали в науку, и по этой части русские сокольничьи были большими мастерами. Дрессировка происходила примерно так. К каждому дикому соколу приставлялись Два мальчика, которые сменялись через два часа. Один из них, сунув погремушку в клетку, беспрестанно гремел ею, а другой дергал сокола за шнурок, привязанный к его ноге, ни на минуту не давая ему покоя, и эта пытка длилась ночи и дни, ибо сокол — птица гордая и ее волю сломить не так-то просто. И вот совершенно изможденная птица настолько становится обессиленной, что позволяет взять себя в руки. Все — воля сломлена. Тогда его кормили, давали отдохнуть, а если он потом не смирялся и опять свою гордую прыть показывал, пытку начинали сызнова.
Второй этап учения сокола был в натаскивании. Ему надо было уметь по первому зову сокольничего прилетать с охоты и садиться на рукав. На головку ему накладывался колпачок, на ногу — цепочка. Про сокола говорили так: «Сила у тебя, как у орла, красота, что у лебедя, смелость, что у вепря»."
"И вот начинается соколиная охота. Все на конях, в зеленых и желтых полукафтаньях с вышитыми черными орлами на груди. Несколько охотников держали собак, другие с длинными арапниками в руках, сокольники держали в правой руке соколов с синими, красными и зелеными колпачками на головках. Охотники поворачивали коней и с гиком рассыпались по загонам. Они рыскали по кустам, кричали и били арапником. Собаки с лаем мчались в рощу. Этим гамом, шумом, лаем они вспугивали птиц, и те начинали с криком кружиться в воздухе. Наступала очередь соколов. С них снимали колпачки, цепи и… соколы полетели! И если на какую неповоротливую утку сокол упадет и вцепится в нее когтями — значит, он бракованный, не годится для охоты. Его будут еще продолжать учить или откажутся, и тогда его ждет убой. Хорошо обученный сокол не вцепится когтями в свою жертву, но долбанет ее осторожно клювом в голову. Теперь наступает очередь собак и охотников — подбирать добычу.
Соколиной охотой увлекались многие цари. Царицы любили больше псовые охоты. Петр I не любил никаких охот, а если его приглашали, говаривал: «Царю подобает быть воином, а охота есть занятие холопское». А когда помещик Короткин позвал царя на медвежью травлю, царь отвечал: «У меня есть и свои звери — и внешние и внутренние»[141].
Елизавета же Петровна не гнушалась никаким видом охоты, начиная от зайцев и кончая травлей волков и медведей. Даже этих животных специально для нее разводили. Особенное приволье ей было с этой своей страстью в Подмосковье.