А с мнением великого Фридриха I отец вообще не считался, бил его, взрослого, по щекам, а невесту показал при самом акте бракосочетания…
О нет, мы не в силах описать вам, дорогой читатель, ее прелести! Этой Браншвейгской принцессы — Елизаветы-Кристины. Вот мнение сестры короля Вильгельмы: „У нее совершенно испорченные черные, кривые зубы. Она толстая, не умеет вести себя в обществе, к тому же шепелявит. К тому же горбатая, глупая и необразованная“[37].
А у Людовика XII жена, думаете, была красивее? О ней Вальтер Скотт однозначно сказал: „Худа, бледна и кривобока“[38].
Людовик XII на свою безобразную Жанну смотреть без отвращения не мог, даже когда она еще его невестой была. Но не в силах был ее папочке перечить, этому самодуру Людовику XI. А тот вечно садистски над женихом подтрунивал: „Что, герцог, невесел? (Людовик XII тогда еще герцогом Орлеанским был.) От любви к моей дочери страдаешь, с ума сходишь?“"
"Страшненькой, мягко говоря, была и жена Якова I Анна Датская: с выпученными глазами, крючковатым носом и отвислыми щеками. А вот вам портрет жены Филиппа Валуа, сына Филиппа Красивого: Иоанна — хромая, с черными зубами, костистыми руками, уродина уродиной, которую он часто бивал, но не за измены, а за политические интриги. Это надо же! Выкрала у короля-мужа печать и самостоятельно от его имени подписывала указы! Однако стоп, дорогие читатели! Этак мы от сомнительных красот жен королей забредем в дикие дебри, отвлекшись от нашей основной темы. Знаем только, что совершенно права была наша известная эстрадная певица, когда на весь мир пела: „Все могут короли, все могут короли, но что ни говори, жениться по любви не может ни один король“. Но ошиблась малость наша певица. Один все-таки нашелся, тот, который женился исключительно по любви, и этот уникальный случай произошел с Франциском-Юзефом Габсбургским. Этот отважный юноша, плюнув на политические корысти, влюбившись в простую девушку Елизавету-Сисси, сделал ее своей женой вопреки воле матери и почти всей Европы. Но, конечно, этот случай уникальный, из рук вон истории выходящий.
Но, дорогие читатели, пора нам вернуться к нашей скучающей царице. Заждалась она батюшку царя, любезного своего супруга, а тому все недосуг. И сидит она за своим обедом в своих хоромах одна, царь в своих покоях обед вкушает. А в одиночестве, сами знаете, не пьется и не естся даже при самых что ни есть расчудесных яствах. А русские яства и впрямь были верхом совершенства кулинарного искусства, хотя простые по своей сути. Но чего только тут нет! Бывало, до семидесяти блюд доходило! Пир горой!
* * *К пирам тщательно готовились и у простых людей, а у людей побогаче да у царей пиры такие роскошные были, что никакой фантазии не хватит, чтобы их описать.