За листом след за следом прорастает цветок — так говорил мне ты: "Не найдёшь исток у реки своей, не сожмёшь ладоней потом моей, не сожмёшь ладонь — не отыщешь дня". В ночи я ревел под мраком, в три ручья ждала освежения ранней росой и земли вплетения косы. Как почуют ступни травы, на ветру дубы шепчутся, как снова с ума споёт морской прибой, а я стану той, кто направит руку....
Поэтому, прошу тебя, не вини Лютого в его холодности и замкнутости. Через что ему пришлось пройти в этой жизни — знает только он сам, но это страшно даже представить. Он лед по сути своей, но ему пришлось стать таким, чтобы выжить и не сломаться… а лед помноженный на лед — страшная сила, но и его можно растопить, если проявить немного терпения и понимая…
Теплые мягкие пальчики Мии осторожно обхватили мою ладонь, чуть сжимая.
— По крайней мере, это не огонь, сжигающий изнутри, который иногда просто невозможно остановить, — так же тихо и грустно добавила девушка, опуская свои ресницы, и в этот раз говоря явно о своем красавце-муже.
Честно говоря, я была в шоке от услышанного, совершенно растерявшись и пока не в силах справиться с собой и собственными эмоциями, чтобы обсуждать жизнь Лютого дальше.
То, что рассказала Мия сейчас, было просто ужасно! Несправедливо и…больно. А еще показывало этого странного замкнутого мужчину совершенно с другой стороны. И я боялась, что это лишь привяжет меня к нему еще сильнее!.
Нужно было переспать с этими мыслями и новыми эмоциями, которые всколыхнулись в душе так неожиданно и ярко, словно Мия выдала мне пару крылышек. Историю Лютого мне нужно было обдумать в тишине и одиночестве, пытаясь не лгать самой себе.
А пока я пыталась вернуться к теме Кадьяков, тащя за шкирку свои разрозненные эмоции и мысли к единому руслу.
— Огонь значит… — сосредоточенно выдохнула я, чувствуя себя просто ужасно оттого, что снова завидую тому, настолько просто и легко Мия общается с любым из этих мужчин. Включая даже Кадьяков, — и все бояться, что Север выпустит этот свой внутренний огонь?…
Мия медленно кивнула, сдержанно выдохнув:
— Да, именно так. Просто мало того, что Север из рода Кадьяков, которые отдаются своим звериным инстинктам слишком быстро и полностью, он еще и носитель единой чистой крови, что делает его практически непобедимым по меркам Беров.
Мозг щелкнул, активно заработав, снова превратившись в губку, готовую все впитывать, как только услышал что-то новое и еще неопознанное, отчего я нетерпеливо заерзала на кровати, не выпуская из своих рук Мию.
— Это какой-то новый термин, относящийся к чистокровным?
— Нет.
