Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
Думал, что он секретный удар какой знает, — брюнет улыбнулся, но как-то невесело.
Вошедший Кей-Мерер успел зацепить край его рассуждений. Поморщился. Поставил на пол ящик и сел на него.
— Давайте вспоминать веселое! — я забрала у Эспо фужер и глотнула. Мартини с водкой. Похоже, что кто-то относится к прощальной вечеринке всерьез. — Например, как мы с Изей ездили в покер играть…
— Почему это рассказы про меня — это самое веселое? — притворно возмутился Изя.
Пришел с тарелкой в руках и плюхнулся рядом со мной в диванные подушки.
— Кацман! Ты ходячая катастрофа, — заметил с философским спокойствием Эспо. Глядел равнодушно, как расползается по белым розам рисунка красное пятно. — С тебя химчистка.
— Ты же сказал, что… — возмутился толстяк, залпом выпил вино. Пока не прогнали.
Пограничник вспомнил гору других промахов и преступлений моего лучшего друга. Прискакали на табуретках из кухни близнецы и пространно-завирально дополнили список Изиных грехопадений.
Кей-Мерер поднялся на ноги. Вытащил из своего ящика тяжелую бутылку чего-то редкого. Почитал этикетку и сунул под мышку. Подошел ко мне, встал вплотную, взял за руку и сказал:
— Пошли.
Нет, не так. Он все же чуть-чуть сомневался в ответе и проговорил маленько вопросительно:
— Пошли?
— А как же ребята? — не самый умный вопрос в такую минуту, но я его ляпнула.
— А ребята нас простят, — он улыбнулся.
— Что значит, простят? — раздалось из дальнего угла. Там в кресле две девчонки из команды черлидеров гадали моему побратиму сразу по обеим ладошкам. — У моей сестры брат есть, если что. Во грех хочешь втянуть девушку, Кей-Мерер?
Ваня осторожно сгрузил своих барышень на подлокотники и подошел к нам.
— Так не пойдет, не благородно вовсе. Ты, барон, — человек серьезный, богатый и знаменитый — это всем здесь известно. Но и моя сестра не пальцем делана, чтобы ей так запросто говорить «пошли».
— Это как? — недовольно воззрился на Ивана барон. Никакие проволочки в его планы явно не входили.
— Давайте-ка я вас обручу, — ухмыльнулся тот лукаво. Подбоченился и подмигнул мне.
