4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
Шухевич машинально нажал на тормоз и стал всматриваться вперед. Передние колеса у машин были вывернуты так, будто водители пытались в последний момент свернуть, уйти от столкновения или от пуль. Стекла разбиты выстрелами. Мертвые тела лежали вокруг машин и на обочине. Ровная местность хорошо просматривалась на сотни метров, поэтому предполагать засаду было глупо. Да и сработала она уже, если и была.
– Это наши, – тихо произнесла женщина за спиной Шухевича. – Вон та, задняя машина – из штаба второго батальона.
– Ладно. – Шухевич снова надавил на педаль акселератора. – Теперь уже опасаться нечего. Поехали. Нам надо как можно скорее подальше убраться от города. А то и нас постигнет такая же участь."
"Шухевич объезжал трупы, потеки бензина и масла, струящиеся из пробитого мотора машины. Он и его спутница смотрели на результаты недавнего боя. Точнее – бойни. Какие-то люди тут всех просто перебили. Они даже не стали собирать оружие и документацию не забрали, хотя видно, что просмотрели ее, выпотрошили все коробки и папки.
«Это была не просто засада, – догадался Шухевич. – Люди, напавшие на машины, искали в них что-то важное. Не меня ли они тут ждали? Да и что это за персонажи? Кого мне опасаться теперь?»
– Смотрите! – Женщина схватила Шухевича за плечо и показала на человека, лежавшего возле передней машины и слабо шевелившего рукой. – Он ведь живой!
– Мы уже ничем не можем помочь ему, – угрюмо поговорил Шухевич, надавил на педаль газа, и машина начала набирать скорость.
– Откуда вы знаете? – неприязненно спросила Стелла. – А вдруг он легко ранен?
Шухевич не ответил. Он считал, что споры в такой вот критической обстановке просто неуместны. Сейчас его больше волновало то, что недавно произошло здесь, на дороге. А еще светло-бежевый кабриолет, мелькнувший сзади, за деревьями. Такую же машину он мельком видел еще в городе.
Шухевичу не нравилось сейчас все! Прежде всего это вот нападение, жертвой которого он не стал чудом, только потому, что ненадолго задержался в штабе. Его беспокоили Стелла Кренцбах, сидевшая за его спиной, и неизвестная машина. Она держалась на расстоянии, но за последний час Шухевич видел ее уже второй раз.
