Послевоенная Украина. Советская разведка выходит на след лидера УПА Романа Шухевича. Полковник Боровичу и его опытной группе поручена опасная миссия — захватить преступника живым. Но загнанный в угол враг готов сражаться до конца, превращая охоту в смертельную игру.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Логово проклятых»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Послевоенная Украина. Советская разведка выходит на след лидера УПА Романа Шухевича. Полковник Боровичу и его опытной группе поручена опасная миссия — захватить преступника живым. Но загнанный в угол враг готов сражаться до конца, превращая охоту в смертельную игру.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Послевоенная Украина. Советская разведка выходит на след лидера УПА Романа Шухевича. Полковник Боровичу и его опытной группе поручена опасная миссия — захватить преступника живым. Но загнанный в угол враг готов сражаться до конца, превращая охоту в смертельную игру.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Солдаты поджигали все, что могло гореть, яростно проклинали немчуру.
Борович прекрасно понимал их. Он и сам был зол как сатана. С его точки зрения газовая атака была подлостью и трусостью. Враг оказался не готов выйти на честный бой, боялся схлестнуться в штыки в чистом поле.
Михаил не раз за эти годы сам ходил врукопашную. Он хорошо знал, что такое русский солдат в штыковом бою. Немцы тоже это знали, не раз испытали на собственной шкуре!
Сейчас, когда на его глазах младший унтер-офицер Чигинцев с парой солдат начали добивать штыками раненых немцев, Борович их остановил.
– Отставить, Чигинцев! Прекратить! – приказал он. – Русские солдаты не воюют с ранеными.
– Так это же нелюди, ваше благородие! – в запале проговорил унтер, вытирая локтем потное, перекошенное от злости лицо. – Они что сотворили с нашими! Газами людей травили! Я ж сам видел, что там творилось.
– Федор Иванович! – Борович сжал плечи своего подчиненного и тряхнул его несколько раз, приводя в чувство. – Федор Иванович, так мы же с тобой люди, а не собаки мерзостные! Опомнись, Федор Иванович, мы же с тобой в Бога веруем!
Унтер как-то сразу обмяк в его руках, голова повисла на грудь. Солдаты потоптались на месте, а потом бочком-бочком отошли в сторону от ротного командира."
"Чигинцев с жуткой тоской посмотрел на Боровича и хрипло пробормотал:
– Там с нашего села мужики были. Алейников Вася, Бурмистров, Шкодниковы отец с сыном. Они специально в одну часть просились, вместе воевать хотели. А оно вон как. Одним облаком их всех и накрыло. Что я женкам их скажу, матерям, детишкам малым?
– Возьми себя в руки, Чигинцев! – строго проговорил Борович. – Ты же русский солдат, а не убийца!
– Да, – буркнул унтер и с готовностью закивал. – Виноват я, Михаил Арсеньевич. Сердце не стерпело!
Когда Чигинцев убежал догонять своих, поручик Борович заметил, что один из раненых немцев шевелится, и присел на корточки рядом с ним. На него черными глазами смотрел молодой обер-лейтенант с тонкими щегольскими усиками. В этих глазах еще стояла смерть, даже, казалось, светились отблески русских штыков, тех самых, которые только что закололи трех немецких солдат. Этот офицер должен был бы стать следующей жертвой, если бы не русский поручик, остановивший бойню.
– Я вам благодарен, – прошептал обер-лейтенант по-немецки. – Я ваш должник. Все-таки плен лучше безвременной смерти.
– Не буду с вами спорить, – сказал ему Борович тоже по-немецки и усмехнулся. – Вам этого не понять. – Он вытащил из кармана бинт и перетянул бедро немца выше огнестрельной раны.
Из остатков бинта Михаил сделал тампон и приложил его к ране.
Немец с благодарностью прижал тампон левой окровавленной рукой и прошептал:
– Я не забуду этого вам, поручик.
