В новом эпизоде "Локки 2: Потомок бога", в столовой Громова захлёбываются ароматы свежего чая и гнева. Здесь ты слышишь, как Локк торжественно заверяет всех - он прошёл проверку Перуна безукоризненно, теперь никто не смел поднимать на него вопросы. Кровь стечёт в потолок от его громких слов и победной улыбки....
Интересно, кто это сделал? Может, граф Остров?
— Несомненно, — иронично усмехнулся я и прямо спросил у барона, картинно-задумчиво постукивающего согнутым пальцем по подбородку, украшенному бородкой-клинышком: — Чем тебе так насолил Остров?
— Мы давно с ним соперничаем, — улыбнулся Лисов, безуспешно пытаясь пригладить русые кудри. — Наши семья живут практически по соседству. А соседи едва ли не всегда — первейшие враги. Его отец буквально на той неделе подстрелил косулю на наших землях. Представляешь?
— Ага. Как только у него рука поднялась? Жалко же животное, — тонко усмехнулся я и взглядом показал Лисову, что ему пора валить, а то мне переодеться надо.
— Я подожду тебя в коридоре, — сразу понял барон, энергично двинувшись к входной двери. — Вместе пойдём в столовую. И сразу возьми учебные принадлежности. У нас сегодня лекции по «защите от ядов» и «истории Пустоши». Ты же в курсе, что тебя перевели на новый поток?
— Странно, что ты в курсе.
— Я просто любознательный, — подмигнул парень и вышел.
А я глянул на надпись, зловеще красующуюся на зеркале. Её сделали то ли маркером, то ли чем-то подобным."
"Хм, попробовать найти автора? А зачем тратить время и силы? Он сам рано или поздно объявится. Или бросит пачкать мои зеркала, поняв, что не я тут кролик.
Придя к этой мудрой мысли, я быстро надел форму, взял учебные принадлежности и вышел в коридор.
Лисов в данный момент разглядывал зад молоденькой служанки, подметающей ковровую дорожку.
Да, тут за чистотой следил обслуживающий персонал.
А так я бесстрастно махнул барону и вместе с ним спустился на первый этаж, где и располагалась столовая. Хотя она больше напоминала кафе средней руки.
Тут и там стояли кадки с карликовыми деревьями, а на круглых столах белели скатерти. Столовое серебро соседствовало с фарфоровой посудой и цветами в вазах.
Большая часть столов уже оказалась занята чинно завтракающими аристократами, разговаривающими вполголоса. Никто из них даже не посмотрел на меня, но я уверен, что каждый в столовой мигом заметил мой светлый лик, оценил рост, прикинул вес, отметил наглый взгляд и составил представление о моей персоне.
В общежитии «мяса» царили совершенно другие нравы. Хотя вроде и тут дворяне, и там. Но здесь другая лига. Более подлая, коварная и подчёркнуто вежливая.
