В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
Но всё же…
— И что стало с теми богами? Погибли? — поинтересовался Мых, подошёл к очагу и поворошил в нём кочергой.
Угли взметнули злые искры и разгорелись сильнее, осветив обшарпанную кухоньку с прилипшими к грязному полу клочками шерсти.
— Нет, не погибли. И это существо наверняка тоже не погибло, — невесело произнёс я и ощутил озноб, пробежавший вдоль хребта.
А если это вернулся Иврим? Ох, млять, что тогда будет! Мне не хотелось даже думать об этом. Впрочем, шанс подобного возвращения невелик, но его не стоит сбрасывать со счетов.
— Дык где оно тогда? Куда делось? — снова подал голос Мых."
"— Готов поспорить на голову Прищура, что оно нашло новое тело и бродит где-то в городе… — медленно протянул я и следом широко распахнул глаза, поражённый в самое темечко внезапной догадкой. — Матушка моя тёмная эльфийка!
Я вскочил со стула и телепортировался за окно, ринувшись в сторону своего храма.
— … Надо бежать за Локки, — донёсся до меня встревоженный голос Мыха.
— Тогда не будем торопиться, — желчно выдал Прищур.
Однако всего через десяток секунд все три старика выскочили из дома.
Я же к этому времени с помощью «телепортации» уже пересёк площадь и помчался по улице, распугивая крыс и мух.
Успеть бы! Если возникшая у меня догадка верна, то тёмное существо, сидевшее в кошаке, переместилось в другое тело, вероятнее всего в какое-то ближайшее. Да, я был к кошаку ближе всех, но меня-то хрен возьмёшь, а вот кого-то из четвёрки «избранных», минотавра и Бурую ещё как можно использовать в роли мясного костюма.
Благо магия позволила меня шустро миновать улицу и телепортироваться прямо ко входу в зал. Я тотчас заглянул в него и чуть мучительно не застонал, увидев каких-то зверолюдов, усиленно отмывающих храм.
— Где они⁈ — выдохнул я.
— Кто? — вздрогнул один из них, держа в руках окровавленную тряпку, которой возил по полу.
— Сломанный рог и Бурая!
— Они пошли туда, — указал он на неприметную дверь в конце зала.
И хоть время отчаянно поджимало, я потратил миг, чтобы спросить:
— Кто-нибудь из вас заметил что-то странное в них? Поведение изменилось? Появились новые словечки? Обороты речи?
— Не знаю.
