В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
Такое ощущение, что всё это неслучайно. Но кто мог подстроить подобную ситуацию? Только какие-то богини судьбы. Либо… либо кто-то ещё более могущественный. Древний? Но зачем ему это? Он испытывает меня?
— Какое необычное яблоко, — пробормотала женщина, резко встав с коленей.
— Оно волшебное. Неси скорее нож.
Смертная поколебалась немного, но всё же ураганом ринулась на кухню. Она решила до конца пройти безумную тропинку, на которую ступила, поверив в то, что какой-то свихнувшийся маг, говорящий, что он бог, способен спасти её дочь.
Но всё же женщина мне не доверяла.
Я даже не успел подойти к койке, как она появилась в дверном проёме с ножом в руке. Её взгляд тут же метнулся к ребёнку, проверяя — не сделал ли я с ней что-то плохое во время её отсутствия.
— Вот, — подскочила она ко мне и протянула нож, разрываемая противоречивыми чувствами.
— Открой дочери рот, — приказал я, взяв нож.
Та поспешно склонилась над дочерью и без труда раздвинула её челюсти.
Я отрезал от яблока небольшой кусок и передал женщине.
Плоть яблока всасывалась в тело ребёнка, омолаживая его и прогоняя всяческие болезни. Подобной дозы должно было вполне хватить, чтобы вылечить девочку. И в то же время она вряд ли сильно помолодеет. Думаю, сбросит лишь полгода или год.
— Что… что с ней происходит⁈ — тревожно выдохнула женщина, глядя, как её дочь уменьшается в размерах.
— Она молодеет — это, в общем-то, основной эффект чудесного яблока, но на данный момент — побочный. Без него никак не вылечить ребёнка. Кстати, обрати внимание, что у неё уже прошёл жар, на щёчках появился здоровый румянец, а дыхание выровнялось.
В этот миг девочка открыла небесно-голубые глаза, радостно улыбнулась и проговорила, глядя на смертную:
— Мама.
Глава 25
Женщина смеялась и рыдала, держа на руках улыбающуюся девочку. А я чувствовал себя чёрным вороном, наблюдающим за чужим счастьем.
— Кхем, любезная, — бросил я ей, хмуря брови. — Вам лучше позабыть о том, что тут произошло. Моей репутации повредит такой поступок. А вам всё равно никто не поверит. Так что просто держите рот на замке.
— Если вы так хотите, — ликующе выдала она, озаряя комнату благодарной улыбкой. — А всё-таки скажите, кто вы на самом деле?
Я закатил глаза и пробурчал:
— Добрый волшебник на голубом вертолёте и с авоськой эскимо. Кстати, по поводу эскимо.
