В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
Посему дальше нам пришлось двигаться пешком, хотя Мия шёпотом предложила мне впрячь в карету Апофиса. Но я отказался, прекрасно понимая, что дракончик скорее её саму впряжёт в карету, чем станет подобием лошади.
Однако злопамятная Мия ещё не раз припоминала моё решение, пока мы спускались по дороге с гор в джунгли, поскольку с каждым метром ей всё тяжелее было идти. Она жаловалась то на натёртые ноги, то на усталость, то на влажность и жару, снова воцарившиеся вокруг нас.
А к вечеру на нас и вовсе налетела целая туча разнообразной мошкары.
— Нет, надо сделать привал, — в какой-то миг проговорил я, окинув внимательным взором своих спутников с потухшими от усталости глазами.
Кажется, даже Апофис ковылял с трудом. Мия же и вовсе сразу после моих слов повалилась в заросли, растущие по бокам дороги, бегущей через джунгли, укрытые густым вечерним сумраком.
— Ладно, — нехотя согласилась Марена и облизала пересохшие губы. — Но только пару часов, а потом снова в путь.
— Отлично, — кивнул я, уже заметив за деревьями подходящую полянку.
Там я сгрузил на траву Сварога и потёр ноющее плечо, а остальные развалились вокруг, видимо, предоставляя мне возможность заняться костром.
Я взялся за костёр и куда быстрее Мии разжёг его, специально добавив влажных веток, дающих густой дым. Он прекрасно отпугивал насекомых. Благодаря этому мы смогли без назойливых кровососов улечься на траву. Я расположился прямо возле костра, глядя на танцующее сердито шипящее пламя.
Мия же вдруг подошла ко мне и уселась рядом, мазнув взором по ярким южным звёздам, блеснувшим на небосводе.
— Я вот так в последний раз ночью сидела возле живого огня, когда дом соседа горел, — произнесла смуглянка и хихикнула, обхватив колени руками и положив на них подбородок.
— Не удивлюсь, если ты его и подожгла.
— Нет, это была не я, — проронила та и внезапно спросила, глядя на меня большими глазами, отражающими свет костра: — Как ты думаешь, мы вернёмся в свой мир?
— Конечно, — проговорил я.
— Замечательно, — улыбнулась она и бросила взгляд на наших спутников.
Те, кажется, уже спали. Апофис точно похрапывал и слегка дёргал во сне задней лапой, то ли убегая от кого-то, то ли наоборот, жестоко раздирая.
Марена вроде бы тоже спала, даже не сняв с себя костяной доспех.
