В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
Только Мия осталась стоять на ногах, и её распахнутые глаза отразили свет от вспыхнувшего возле борта межмирового портала.
— Мы сделали это, — расцвела улыбка на её пухлых губах, мокрых от пота.
— А если бы один гад с щупальцами сразу сказал мне, что ждёт меня в будущем, то мы бы сделали это не такой ценой, — возмущённо просипел я, приподнявшись на локтях.
— Я не вправе разглашать будущее и менять его, — проговорил Древний и покосился на смуглянку.
Её лицо внезапно исказила гримаса ужаса, а взлетевшая рука указала на насекомое.
— Оно не сдохло! — вырвался из её рта крик.
Легенды о живучести некоторых видов насекомых не лгали. Тварь, даже лишившись половины башки, неуклюже зашевелилась, с трудом вытянув в мою сторону когтистую лапу.
— Я… заберу… тебя с собой, — еле слышно проскрежетал урод и на последнем издыхании бросил в меня жёлтый магический яд.
Тот понёсся в мою сторону, желая добить, уничтожить, пока моё тело было обессиленно, рефлексы притуплены, а подвижность уступала даже бревну.
И казалось, само время замерло, чтобы посмотреть на мою смерть. Стих плеск волн, пропало хриплое дыхание моих спутников, а «светлячок» испуганно сжался.
Я же изо всех сил попытался перевернуться набок, но нет… не успеть. Или всё же успею? Да, кажется, успеваю! Невероятные усилия позволяли мне это сделать, рождая в душе сладкое злорадство. Насекомое опять проиграло!
— Нет! — вдруг разорвал пространство вопль Мии, метнувшейся наперерез жёлтому магическому плевку.
Она не понимала, что я всё-таки уклонюсь от него. А он угодил прямо в неё.
Девичий рот широко раскрылся, а глаза распахнулись, когда яд со злорадным шипением в мгновение ока разъел капитанский мундир, а затем и нежную плоть.
Смуглянка упала возле моих ног и прошептала, преодолевая судороги боли, корёжащие её лицо:
— Ты так и не… оказался в моей… постели.
— Мия! — выдохнул я, заметив, как её глаза затягивает поволока смерти.
Тело смуглянки выгнулось и замерло, исторгая кровь из чудовищной раны, в которой белели рёбра, покрытые дырами как от серной кислоты.
— Боги! — ошарашенно выпалил Апофис, вскочив на лапы. — Древний, быстрее излечи её!
— У меня больше нет магической энергии, — прошелестел осьминогоголовый."
"— Видимо, ты не зря защищал её, Локки. Вот она и сыграла свою роль, — проговорила Марена с мрачным уважением в глазах.
— Нет, ещё ничего не потеряно! В портал! Все в портал! — проорал я, не пойми откуда зачерпнув сил.
