В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
"
"Между ними и Мией лежало лишь пустое пространство, делая смуглянку замечательной целью. Один из них уже вскинул револьвер, а другой поднял руку, окутанную мертвенно-серым туманом. Но прежде чем его магия сорвалась с пальцев, я «телекинезом» подхватил булыжник, валяющийся на земле, и швырнул ему в голову. Хрустнул висок — и маг замертво рухнул. Однако чары всё же сорвались с его пальцев и очень удачно ударили… в грудь его же сотоварища.
Тот выронил револьвер и заорал благим матом, глядя, как его сюртук расползается в гнилые нитки, а плоть отслаивается от груди, обнажая кости.
Он сгнил заживо и подох буквально за секунды.
— Горан! — во всю глотку заорал краснорожий бородач, явно впечатлившись страшной смертью сгнившего товарища. — Горан, твою мать! Как же так⁈
— Мы отомстим за него! — гневно выпалил другой аристократ.
Какие же дебилы. Или это ярость их настолько отупила? Они разве не понимают, что мы с Мией за пару минут выкосили половину их отряда? Хотя, конечно, признаю, пара минут — это слишком много.
Я рванул в атаку, «включив телепортацию». Прыгая из стороны в сторону, уходил от пуль и магии, швыряясь «взрывами энергии» первого уровня. Они оказались самыми действенными и при этом экономными по части расхода маны, а то её у меня было немного, ведь почти всю… да что там почти всю, больше чем всю я отдал Древнему! А за те несколько часов, что прошли после ритуала, моё тело толком не успело восстановить силы, поскольку маны в этом мире было катастрофически мало.
Впрочем, мне всё же хватило запаса магической энергии, чтобы завалить ещё троицу аристократов. И ещё двух застрелила Мия, вооружившаяся вторым револьвером, который вытащила из кобуры с трупа возле свинарника.
В итоге в живых остался лишь один — тот самый крикливый краснорожий барон.
— Кто вы? Кто вы такие⁈ — чуть ли не жалобно проревел он, сверкая глазами, в которых быстро нарастал страх.
— Мы — наказание богов. Пришли очистить этот остров от грешников, — протянул я, вливая в голос как можно больше фанатизма.
