– В общем, я нашел этот очечник вместе с очками в траве, в том поселке, где мы с вами встретились.
– Ну, вы же знаете, что я была там!
– Знаю… но я нашел это очень близко к тому месту, где находилась машина с убитым человеком. Вы больше ничего не хотите мне рассказать? Вы точно не видели ту машину?
«Не была, не имела, не состояла, не привлекалась… – звучало у меня в голове, – ничего не видела, ничего не слышала и уж точно ничего не помню».
– Я вам уже говорила, что не видела! И не один раз! Вы мне что – не верите?
– Ну, зачем же так… у меня нет причины не верить вам, – примирительно заговорил Осетров.
– Тогда чего вы от меня хотите? – гораздо спокойнее спросила я.
В самом деле, если уж и правда он меня подозревает, то не стал бы в кафе приглашать, вызвал бы повесткой на допрос. Значит, ничего у него на меня нет, нечего бояться. Тем более что мужика того я и правда не убивала. Хотя хотелось, было такое желание…
– В данный момент я хочу, чтобы вы выпили кофе.
Действительно, к нашему столу подошла официантка, принесла наш заказ.
Кофе был теплый и невкусный. Ни за что не пойду больше в эту кофейню.
Официантка отошла, и Осетров тут же снова перегнулся через стол и быстро проговорил:
– Вам ничего не говорят имя и фамилия Андрей Воробейчик?
– Нет, – ответила я удивленно. – А кто это?
– А Аркадий Чернышев?
– А Алексей Савицкий?
– Да нет! А кто все эти люди?
– А Антон Синельников?
– А может, такая кличка – Скорпион?
– Никогда не слышала.
– А Артур Семибратов?
И тут… когда я услышала это имя, кафе перед моими глазами качнулось и куда-то поплыло. Голова закружилась, в глазах потемнело, в затылке тяжело забухали негритянские барабаны.
– Вам плохо? – расслышала я пробивающийся сквозь грохот этих барабанов голос Осетрова, и передо мной появилось его встревоженное, озабоченное лицо.
– Все… все нормально… – с трудом проговорила я. – Просто здесь… здесь душно… мне бы на воздух…
– На воздух? – переспросил он озабоченно. – Давайте выйдем на воздух… Хотя… там жарко…
Он положил на стол деньги, помог мне встать, поддержал за локоть и вывел на улицу.
Я стояла перед дверью кафе и глубоко дышала, пытаясь понять, что же со мной произошло.