А во-вторых, она вспоминала об отце только плохое, и, пока я не буду знать точно, кто убил отца и за что, я не стану ничего рассказывать матери. А может, и вообще ничего не стану говорить.
Когда я переехала в бабушкину квартиру, я выбросила большую часть ее вещей – зачем мне этот старушечий хлам.
Но среди прочего я нашла альбом с фотографиями.
Его-то я сейчас и достала.
Я пролистала этот альбом от корки до корки и убедилась в том, что и без того знала: бабушка на дух не переносила мою мать и выбросила все фотографии, на которых она присутствовала. В том числе все наши семейные фотографии.
В итоге, как водится, она с водой выплеснула ребенка: в альбоме почти не осталось и отцовских фотографий. Был только снимок отца в детстве – смешной мальчик в шапке с помпоном и туго завязанном шарфе, да несколько фотографий в молодости, и то мы с мамой были аккуратно отрезаны, как будто нас никогда не было.
Вот интересно, невольно подумала я, что ей сделала единственная внучка девяти лет? Отчего ее ненависть распространилась и на меня?
Нет, за комнату, конечно, ей спасибо, но все же хорошо, что мы не общались.
Итак, на фотографиях не было ничего нужного.
Я уже подумала, что вытянула пустой номер, но тут, на самой последней странице, увидела засунутый за переплет старый выцветший снимок.
На этом снимке был отец, каким я его помнила (только теперь, после сеанса гипноза). Он с гордым и довольным видом стоял на улице, облокотившись о сверкающий капот роскошного представительского автомобиля. На самом виду красовался фирменный знак марки – трехконечная «мерседесовская» звезда.
Вид у отца был такой, как будто это был его «Мерседес».
Но я-то прекрасно знала, что родители жили небогато и у отца не было собственной машины, не говоря уж о роскошном представительском «Мерседесе».
Это значит, что отец гордо позирует на фоне автомобиля своего хозяина.
На фотографии можно было разглядеть номер автомобиля… а я знала, что по номеру можно определить владельца!
Можно-то можно, но как? Для этого наверняка нужно иметь доступ к каким-то специальным базам данных.
У меня такого доступа не было…
Но тут я сообразила, кто мне может помочь: капитан Осетров. Если, конечно, он действительно капитан и действительно Осетров, в чем я совсем не была уверена.
Так что я подумала немного и засомневалась. Как-то мне не понравилась вся та история с капитаном Осетровым. Какой-то он непонятный, неопределенный. Вроде бы вежливый и простой в обращении, но видно, что там, внутри, что-то в нем есть не то чтобы плохое, но… неясное.
Я походила по комнате и рассердилась на себя. В конце концов, у меня важное, серьезное дело, а Осетров может помочь. Выбирать мне больше не из кого.
Осетров как-то дал мне свой телефон.