В Ловушке для беглецов вы встретите пылесо刮的, где каждый перекресток может быть тонким граничом между жизни и смертью. Каждый шаг подстёгивает вас к открытию следующей страницы, и вы не знаете, где окажется черная лестница ведущая к опасности.
Ну, вот сторож и не любит его из-за этого. Дядя Вася с войны хромым вернулся.
Но это так у нас в поселке говорят, а все равно получается, что они из одной шайки. Лестницу-то спрятал сторож. Может, у них просто конспирация такая, чтобы никто не догадался, что они вместе воруют.
— А может, и не сторож?.. — вслух подумал я.
— Ты о чем, Паша?
— Да неувязка одна получается. Ладно, — решил я. — Со сторожем это еще проверить надо. Главное сейчас другое…
Я понимал, что Алёшку с чердака нужно перепрятать. Да так, чтобы и милиция не нашла, а то его опять отдадут этой воровке, тете Клаве.
«Постой-постой! — вдруг осенило меня. — Если тетя Клава воровка, то ее обязательно посадят в тюрьму! Значит, Алёшка может спокойно вернуться к своему дяде Толе…»
Но тут же я вспомнил, что милиция еще ничего не знает о ворах: письмо-то мы не написали. Так что неизвестно, когда Алёшка сможет вернуться домой. Конечно, необходимо завтра же как-нибудь сообщить милиции об этом воровском чердаке и вообще обо всем, но это завтра, а сегодня что делать с Алёшкой? Вот если б здесь был Фимка… У них отличный гараж, можно в машине перекочевать.
Но Фимки нет, а значит, ни гаража, ни лопат не будет.
— Ну, Шестикрылый! — пробормотал я. — Ты у меня дождешься!.. Тоже друг называется. А еще обижается, что его Шестикрылым зовут. Испугался, наверное, вернуться сюда. Предатель!..
— Паша, а он пионер? — неожиданно спросил меня Алёшка.
— Фимка?.. Пионер, а что?
— Тогда он не может быть предателем.
— Ну ты даешь! — рассмеялся я. — По-твоему, пионер и трусом не может быть?
Он подумал немного и твердо ответил:
— Не может.
Я посмотрел на Алешкин галстук, который у него выбивался из-под воротника клетчатой рубашки, и ухмыльнулся. Ясно было, что только у третьеклассника он может быть таким гладким и чистым, потому что новенький.
— Давно у тебя хотел спросить, а чего ты галстук носишь?
— Как это?! — удивился он.
— Ну, как-как! Ну, в школе — я понимаю, там пионервожатая заставляет, а здесь ведь никто не заставляет.
— А почему?
— Вот чудак! В портфеле он меньше пачкается. И вообще я не девчонка, чтобы галстук носить.
Когда я это сказал, Алёшка как-то искоса, с недоверием глянул на меня, а потом застенчиво улыбнулся:
— Это мне мама подарила. Она носила этот галстук, когда была маленькой.
— Что!.. Когда носила? — не поверил я.
— Когда в школе училась, девочкой.
