Настя подавилась смехом, но угроза декана Льва Петровича не преминула ее остановить. Четырнадцать капель на стакане — это всего лишь начало борьбы за справедливость в университете "Современная Соколиная Гора". Здесь действуют свои законы, и каждому по силам!
Негодяй собрался месяц издеваться надо мной, выдавая за свою невесту, а я тут возбуждаюсь от гребаных воспоминаний о его члене.
— Скажи мне, тебе не стыдно?
Я резко крутанулась — кто это там такой прозорливый?
В дверях комнаты, скрестив ручки на груди, с грозным видом стояла Настя.
— За что это мне должно быть стыдно? — я демонстративно подняла майку, аккуратно сложила ее вчетверо.
Настя разомкнула руки и вытащила из кармана куртки хорошо знакомую бутылочку с пипеткой вместо крышки.
— За то, что забыла, кто тебе помог с деканом «познакомиться».
— Чего?! — у меня глаза полезли на лоб. — Кто это мне помог под декана лечь? Ты что ли? Которая сбежала, как только запахло жареным и бросила меня разбираться со всем этим самой?!
— А ты неплохо разобралась, как я посмотрю.
Настя насмешливо мотнула головой в сторону неразобранных пакетов с «брендами»."
"— Не твое дело, — пробурчала, снова отворачиваясь.
— Еще как мое. Потому что если бы не я…
Я не выдержала.
— Если бы не ты… если бы не эта волшебная хрень твоего папочки, я была бы обычной студенткой, а не… а не…
И поняла, что не могу сказать то, что дико хочу.
Настя повысила голос, и я вдруг услышала в нем странные, истерические нотки.
— А не кем? Невестой самого крутого мужика в универе? Или даже во всем городе — как думаешь?
* * *Я вздохнула и села на кровать рядом с чемоданом, внезапно дико устав от всего этого — от игры, от подруги, которая теперь считает, что я ей что-то должна за свое новообретенное счастье… от самого «счастья», который должен забрать меня уже через пару часов, а я все еще не собрана, и даже не переехала в свою новую комнату.
— Что тебе нужно, Насть? Ты ведь не думаешь, что мы с тобой сможем продолжать дружить после всего, что ты…
Меня перебил всхлип, на который я изумленно подняла глаза.
Так оно и было. Усевшись на крутящийся стул напротив, Настя размазывала по щекам совершенно неожиданные слезы.
— Я знаю, что ты теперь будешь мстить мне за то, что я тебя бросила… А я просто испугалась, понимаешь? Меня папа убил бы, если бы узнал… Это ж какой позор — и для него тоже, с этим возбуждающим…
Я слегка закатила глаза, но не нашла в себе силы ответить ничего колкого.
