Настя подавилась смехом, но угроза декана Льва Петровича не преминула ее остановить. Четырнадцать капель на стакане — это всего лишь начало борьбы за справедливость в университете "Современная Соколиная Гора". Здесь действуют свои законы, и каждому по силам!
— Почему… дура?
Он навис надо мной, уперев обе руки в дверь за моей головой. Чуть склонил голову, глядя на меня так, будто пытался понять — залезть мне в голову, в самый мозг. И спросил.
— Ты серьезно? Серьезно вот сейчас домой собралась?
Глава 22
— Это эпиляция?
— Да нет, просто побрилась…
— Хм… Не колется… — согнутая в колене нога немного поелозила между моих, раздвигая их.
— Это хорошо или плохо? — я сжала ноги обратно, плеснув вверх пенной водой.
— Это… странно. Будто ты препубертатная девочка, а я старый педофил…
— Мне девятнадцать… Кстати, а тебе сколько?
— А на сколько выгляжу?
Колено отодвинулось, и я увидела его лицо в дымке легкого пара, поднимающегося от ванны.
Особенно, когда вот эдак бровь выгибает. И как только он умудряется даже такой простой жест сделать сексуальным?
Я наморщила нос — вроде как раздумываю.
— Пятьдесят… четыре?
Уже обе брови взлетели вверх, глаза расширились, тело напряглось… А потом разом все расслабилось и брови вернулись на место.
— Нет, мне реально интересно, на сколько лет я выгляжу в глазах вчерашнего подростка.
— Комплексы среднего возраста, профессор?
— Они самые. Давай, жги. Не жалей меня.
Тогда я всерьез задумалась. Конечно, умом понимала, что никак ему не может быть меньше тридцати пяти, если брать в расчет все его достижения. Мальчики-миллионеры ведь бывают только если им папа наследство подарил…
Не говоря уже про прочие заслуги — один только заграничный PhD чего стоит — это ж пять-шесть лет минимум сверх нашего высшего… Плюс магистр — еще пару лет…
Но глаза, хоть убей, видели молодого мужчину, и жалость тут не причем.
— Тридцать, — твердо ответила я, рискуя, что меня сочтут подлизой.
Донской расплылся в довольной улыбке."
"— Ишь ты… Тридцать… — и потянулся к приставленной к ванне бутылке с шампанским. — Думаю, надо за это выпить…
— За что? — не поняла я.
— День рождения у меня в июне. А вот за то, что ты мне десятку скинула… за это имеет смысл открыть шампанское. Таблетку точно пить не будешь?
Я машинально мотнула головой — боль уже почти прошла — и только тогда поняла, что он сказал.
— Как десятку?! Тебе что… сорок?!
Он ухмыльнулся, разматывая на горлышке шампанского … и слегка его встряхивая.
— Сорок один через три месяца.
