В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
— Не ходи за мной! — огрызается Василиса, когда я выхожу вместе с ней у ворот кладбища.
Останавливаюсь, облокачиваясь на машину. Не спорю. Кладбище – это личное, у каждого из нас есть свои мертвецы, которыми мы не хотим делиться."
"Василисы нет уже около часа, и мне неспокойно. Особенно после того, когда я понял, что она маленькая, уязвимая девочка. Прохожу за ворота кладбища. В моем списке не один мертвец. Отец, Карина, пара пацанов из подчиненной мне охраны, которых я не уберег. Такая специфика работы у нас с Демоном.
Лёгкий ветер треплет ее карамельные волосы, которые переливаются на солнце. Останавливаюсь в нескольких метрах, не вторгаясь в ее «личное».
Тишина. Здесь всегда парадоксально тихо. Давящая тишина. Пытаюсь рассмотреть табличку, но там все смазано.
— Деньги есть, я уже заказала памятник, из белого мрамора, ты всегда любила белый цвет, — говорит Василиса. Тихо, но я ее отчетливо слышу. — Портрет твой высекут. Там, где ты самая красивая, в белом платье. Помнишь? Оградку кованую поставят. Я обещаю, здесь будет очень красиво. Иву посажу, нарциссы твои любимые. Прости, что так долго не была. Не могу я, понимаешь, мне страшно выходить одной.
Ей страшно выходить одной…
Вот почему она так редко покидает усадьбу и почти не берет выходных.
А со мной вышла.
И я бы рад, если это означает доверие. Но нет, похоже, я в ее жизни не такой страшный. Хочется покричать, но я стискиваю зубы.
Василиса резко оборачивается и смотрит на меня с ненавистью.
— Я же просила не ходить за мной! — со злостью кидает мне.
Идёт на меня, и я готов принять этот удар, но Василиса проходит мимо, направляясь на выход.
Глава 10
Василиса
Сдается мне, я заразила Дарину. Вот уже несколько дней она на больничном, и я в доме снова кручусь одна. Не жалуюсь, так даже лучше. Я загрузила себя работой, и маленькая уязвимая девочка во мне опять впала в кому. Мне хочется добить эту девочку. Чтобы она уже, наконец, сдохла и больше никогда не воскресала.
