В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
— Ой, тебе не только нужно связать руки, тебе нужно заклеить рот, — смеется. — Замолчи!
— Как скажешь, моя госпожа, — откидываю голову, снова закрывая глаза. По факту, девочка просто сидит на мне и царапает грудь, но я уже на грани. Мне кажется, если она еще раз поерзает, я кончу, как пацан. Несмотря на то, что у нас был уже секс, его не было. — А ты, оказывается, мастер насилия. Даже не представляешь, что мне сейчас стоит…
— Я сказала, тихо! — шикает на меня. Опускает руки на мои плечи, наклоняется, очень близко, дышит в мои губы, прикасается свои губами к моим.
Бл*дь! Зажмуриваюсь!
Никогда не думал, что это так сложно.
— Скажи мне, что ты сейчас чувствуешь? — каждое ее слово, как поцелуй.
— Я уже сказал, — пытаюсь поймать ее губы, но Вася отстраняется.
— Нет, я хочу подробностей. Что такое возбуждение, когда готов отдать тело и даже терпеть боль ради удовольствия, — снова спрашивает в губы. Ластится щекой о мою щеку, глубоко вдыхает.
— Разве ты не чувствуешь сейчас? — хрипло спрашиваю ей в ухо.
— Расскажи, — также шепчет мне в ухо. Ее грудь вжимается в мою, ощущаю, как сбивается ее дыхание, как по ее телу идет дрожь. Чувствует.
— Я бы стянул с тебя это платье и белье. Чтобы кожей чувствовать твою кожу. Я бы долго и сладко тебя целовал, терзая твои упрямые губы, одновременно изучая и лаская твое тело, грудь, бедра, тебе понравилось бы… — дыхание перехватывает, в глазах все плывет. Вообще теряю ориентацию. Плохая идея, я подогреваю сам себя.
— Молчи! — задыхаясь, проговаривает она. А у меня все тело сводит судорогой перевозбуждения.
— Тебе не кажется, детка.
По телу проносится волна жара, когда Василиса спускается вниз к моим ногам и хватает ремень, расстегивая его.
Это да?! Все будет?!
— Малышка, давай я сам, — пытаюсь перехватить ремень.
— Нет, не трогай! Я сама! — капризно требует она.
Окей, пусть сама.
