В бесконечной темноте пустыни, где не царит ни звезды, ни ветер, мир репликанта и его создателя Ивы Лебедевой разделила лишь полупрозрачная тень. Они обменялись недовольством за то, что один спрятался, а другой упустил время. Теперь они смотрят друг на друга через молчание — Оно в черной тени, она в ярко-синем платье, словно радуга, которая не может прорваться сквозь их замкнутый мир....
— И вообще… Кстати, кроме того, что теперь я, как извращенец, могу в любой момент отрастить себе сиськи, никаких особенных изменений, тем более вселенских масштабов, после слияния я в себе не заметил."
"— Во-первых, «сиськи» отрастила тебе пока я, не перевирай, у тебя на это ни сил, ни опыта не хватает, я уже молчу про нюансы структур и анатомии. И прекрати уже их мацать, что ты как маленький. Моих не нащупался? — внезапно перевел тему швей, поняв, что, как только он углубился в подробности, его перестали слушать.
— Нет, — хмыкнул Баа, заодно и шлепая себя по вторым девяноста. — Прикасаться к символу женской красоты мне никогда не надоест. Хотя в таком ракурсе оно и правда странно… ощущается. А что во-вторых?
— А во-вторых, мы только начали слияние, — вздохнула Джи, разглядывая в зеркале свой новый, опять мужской облик. — Может, оно и дальше так пойдет. Даже скорее всего. Но только до того момента, как нам с тобой придется совершить какое-то энергетически насыщенное действие. И тогда… не знаю.
— Энергетически насыщенное? — озадачился Баа, пытаясь сделать несколько шагов по комнате, чтобы приноровиться к иначе расположенному в женском теле центру тяжести. Хотя центр тяжести как раз таки был не самой большой его проблемой, а вот… — Ржа! — выкрикнул он, почти навернувшись посреди комнаты, не упал только потому, что бдительный швей подхватил своего прядильщика. — Зачем эта дура носит такие каблучищи?!
— Понятия не имею. Когда будем паразитов давить, тогда и станет понятно, в каком месте сливаемся, — максимально доступно объяснил швей.
Пока Джен распинался, высокие каблуки на ногах Баа сменились на платформы, из-за чего хоть высота и осталась прежней, но скакать буквально на пальцах больше не приходилось.
— Лохматый уже дал добро и приготовил границу на вход. Проблема в том, что пропустить такой накал ты сможешь, только пройдя последовательный, хотя и почти мгновенный, ряд трансформаций.
