В бесконечной темноте пустыни, где не царит ни звезды, ни ветер, мир репликанта и его создателя Ивы Лебедевой разделила лишь полупрозрачная тень. Они обменялись недовольством за то, что один спрятался, а другой упустил время. Теперь они смотрят друг на друга через молчание — Оно в черной тени, она в ярко-синем платье, словно радуга, которая не может прорваться сквозь их замкнутый мир....
Вот эта энергетическая выпуклость у тебя в районе репродуктивных органов каждый раз дергается и меняет цвет со спокойно-зеленоватого спектра на тревожно-красный. — Она аккуратно указала пальцем в район еще почти плоского живота розововолосой. — Я не эксперт в чтении аур, или как это у вас называется, но, кажется, одному из близнецов очень не нравятся твои эмоции, и он так… плачет? И второго, наверное, индуцирует. Дело, конечно, твое, но если ты собираешься сохранить беременность — придется взять себя в руки.
Глава 27
Ксан мысленно похлопал в ладоши, и на задворках его ментала мелькнула мысль: «Шикарную причину придумала! Вся в меня! Отличный ход — не давить в духе „сядь и сиди, твой долг хранить потомство“, а спокойно обозначить выбор: хочешь сохранить детей — кончай нервничать. Хотя всё не так критично, как ты это описала, иначе я давно бы предложил ей принимать седативные».
«Одно другому не мешает».
— Ты кто вообще? — мрачно, но гораздо более спокойно спросила Зефирка, разглядывая новую собеседницу.
— Валерия Штольц. Раз уж сразу на «ты», отчество даже не называю, — спокойно улыбнулась женщина и протянула руку для рукопожатия. — Мастер Ксандра. Хирург высшей квалификации. Москва. Земля. Ну, если тебе это о чем-то говорит.
— Говорит, — хмыкнула Зефирка. — Вы там все чокнутые. Так что всё понятно. Я Жанна Амитола-Штейн, но лучше зови меня Зефиркой. И, может, ты внятно объяснишь мне, какого ржебан… э… что вообще происходит?
— Ты Зефирка, муж твой — Кекс.
— Ну в целом, — хмыкнул рыжий. — Я тут уже и от папашиного семейства сообщение получил на ту же тему.
— Вот. Твой муж мобилизовался одним из первых и ушел с большими дядями чинить очередную эту вашу… м-м-м… ржопу. — Ксан ментально подсказал нужное слово. — Прикольное выражение, надо запомнить. И все остальные ваши взрослые, то есть древние, — суфлер из Эмеичи вышел неплохой, — ушли туда же. Я понимаю, что тебе тяжело, но не тебе одной.
