В засыпающем бараке шум ветра и пение птиц — единственные разрушители спокойствия. Искренние тихие вздохи заключенных быстро перерастают в жестокую драку, когда они решительно бросаются к людям из лагеря. Вопли отчаяния и надежды заставляют барабанить сердца каждого узника, готового вырваться на свободу — или не погибнуть в этом адском месте....
По правде говоря, он мог бы обойтись и крепким сладким чаем — когда он работал, то предпочитал не отвлекаться надолго, но вспоминал, как ему на это пеняла Тамара: «Митя, не будешь нормально есть, заработаешь себе сто болячек». Жаль, супруги здесь нет, она бы точно напомнила. А то и сама бы с узелком с горячим обедом пришла. Но тут ему на помощь в этом вопросе пришел Митьков.
— Товарищ капитан, вы пойдете обедать? — спросил он.
— Пойду, пойду, — бросил Дмитрий, не поднимая головы и дописывая очередную бумажку. Увидев, что старший лейтенант стоит рядом и ждет, он бросил: — Иди, иди, Миша, не стой над душой.
Да, дел еще непочатый край. Еще надо будет доложить командиру. Но это уже после обеда. С такими мыслями он отложил все бумаги, ручку и отправился вслед за Михаилом.
Глава 2
Майору Лебедеву Юркин докладывал последним. Так уж получилось. Остальные сотрудники подробно отчитались о проделанной работе, обо всем, что вызвало подозрения. Как и ожидалось, ничего такого, как в случае с Захаровым, не выявилось — капитан внимательно слушал доклады сослуживцев, не пропуская ни единого слова.
Майор закурил папиросу и задумчиво посмотрел на капитана.
— Значит, рядового Захарова стоит проверить более тщательно, так ты считаешь?
— Так точно, товарищ майор, — не колеблясь, ответил Юркин.
— И что же тебя смутило? Если так посмотреть, то ничего особо сомнительного здесь не прослеживается. Попал в плен, будучи раненым. С немцами не сотрудничал. Что тебя насторожило, Дима?
— Да я и сам пока не знаю, — признался капитан. — Вот прямо чую, что с этим Захаровым что-то не так. Где-то там подвох есть. Но пока не могу понять где.
— Понимаю, — кивнул Лебедев. — Тогда проверяй его. Раскопай всю его подноготную.
— Есть.
— Ну, а ты, Миша. — Командир посмотрел на сидящего рядом с Дмитрием Митькова.
— Так точно, товарищ майор. — Старший лейтенант сделал попытку встать.
— Сиди, — махнул рукой Лебедев.
— Все хорошо, справляюсь, — повторил парень. — Товарищ капитан мне помогает.
— Вот и славно. Все, товарищи, все свободны. Занимайтесь подозрительными, если что — докладывайте.
После сходки Юркин вышел на улицу и закурил. За ним увязался и Михаил.
— Товарищ капитан? — посмотрел он на офицера.
