Начинает причитать мама. Да, мама, знаю, но услышав, что со мной произошло — ты начнешь переживать еще больше. Печально думаю я, вслух, конечно же, этого не произношу. Мы с мамой поболтали еще несколько минут, и успокоив ее, я повесила трубку.
Во входящих несколько десятков сообщений от Алекса, вероятно он в курсе происходящего, потому что последняя: «позвони, как проснешься, я очень переживаю, поправляйся».
Не знаю почему, но не хочется сейчас с ним говорить. Объяснять, рассказывать, отчитываться о здоровье.
Хочется, чтобы Максим снова зашел и снова обнял. Пусть я хотя бы сегодня побуду эгоисткой и буду делать, то что мне хочется. И быть рядом и разговаривать с тем, с кем хочется, а не с тем, с кем, правильно. Не стану звонить Алексу.
Пытаясь скоротать время, потому что сон так и не идет, открываю новостную ленту и первым делом натыкаюсь на статью Московской газеты, изображение к которой сопровождается таким знакомым, и таким желанным силуэтом мужчины:
"Дочь известного бизнесмена Максима Горева, была похищена сегодня ночью, в Москве. Сообщается, что похищение организовал некий Ашхан Джафаров, владелец компании "СтройИндустрил" и по совместительству прямой конкурент Горцева. Так же известно, что сейчас дочь Горцева находится в безопасности, а сам Джафаров заключен под стражу."
Да, уж, теперь понятно, откуда Алекс в курсе, а я-то думала, Максим им рассказал.
Лишь бы мама не увидела новости, иначе — вопросов не избежать.
«Папаааааа!» Пронизывает слух острый визг дочери. Кажется, он до сих пор проносится эхом в моей голове.
За этим звучит оглушительный выстрел, стрелял мой безопасник, вовремя подоспевший.
Амбала, целившегося в меня свалило точным выстрелом в голову, сразу после раздалось еще три выстрела. В живых остался только один из похитителей, тот, который, как я успел узнать, не притрагивался ни к одной из девочек.
Он то и сдал Джафарова ментам со всеми потрохами, рассказав о всех темных делах босса, которые тянут на пару десятков лет за решеткой.
Укутав Сашу в свой пиджак, и по пути сдернув куртку с охранника, одел ню, которая была без сознания. Саша рыдала всю дорогу до дома, у которого уже дежурили медики.
Эту страшную ночь я вспоминаю с содроганием, страшно представить, что бы было с девушками, не подоспей я вовремя. Я бы никогда себе не простил.
Несколько часов спустя я сидел, обнимая ню, и успокаивая ее рыдания, сердце разрывалось на части.
