Автор
В лабиринтах невероятных судеб и тонкостях бесовской иерархии, Мендельсон — лучший друг девушек — становится центральной фигурой, несмотря на явное неравенство. Его мелочь играет во вторую с выдающимся противником, но чудом умудряется сохранять уверенность и веру в победу. В этом мире бесов каждый день принесет новые перипетии, а он — лучший друг девушек, становится живым камнем в этой кристаллической структуре жизни....
Но у профессора Селезнева это более обстоятельно расписано в брошюре…
– Не надо, – остановила ее Настя, – давай хоть на этот раз обойдемся без твоего всезнающего профессора. Правда, если бы он обстоятельно описал комплексы мужчины, запоем цитирующего Пушкина, я бы согласилась его послушать. Или прочитать, уж как придется.
– Хорошо, я спрошу, – кивнула Маринка и принялась наблюдать за тем, как подруга заваривает чай. – А почему тебе самой это кажется странным? Нормальный парень, начитался классиков вместо того, чтобы целыми днями порнушку разглядывать в Интернете.
– Лучше не надо, – тоскливо сказала Настя.
– Как это не надо? Давай договаривай до логического завершения своей мысли. Значит, вы с Владиком целовались?! И это видела Вишневская?! – Марина сунула вафлю в рот и захлопала в ладоши.
– Это видели Вера Павловна и Олимпиада Григорьевна, – вздохнула Настя. – И теперь они сживут меня со свету потому, что Владик им не понравился. Вернее, им Пушкин не пришелся по душе. Они его напрочь забыли. А еще говорят про наше нечитающее поколение! Толку-то с того, что они когда-то читали классиков.
– Мне тоже, – махнула рукой Маринка, – странный вкус у твоей вафли. Подумаешь, никто ей «Медного всадника» не читал. Радуйся и наслаждайся искусством. Закажи ему в следующий раз что-нибудь полиричнее. «Я помню чудное мгновенье…»
– И это он мне уже читал.
– Нет, Перепелкина, так нельзя! – всплеснула руками Марина. О чем вы с ним станете разговаривать-то теперь? Футболом, как я поняла, он не интересуется. Я бы на твоем, Настена, месте позвонила бы Вишневской и осторожно так поинтересовалась, а нет ли у ее бойфренда еще каких-нибудь закидонов. Для того чтобы подготовиться к ним заранее. На ночь, думаю, ты «Руслана и Людмилу» начнешь учить? Это мое любимое произведение.
