Автор
В мире, где язык "Экипажа" олицетворяет разнобой между старым и новым, французскими элегантностями и вольным английским — эта книга открывает новый мир. Учитывая, как люди переходят на французский для увековечения "ты", в тексте переплетаются языки, создавая неожиданные тонкие ассоциации. А сюжет заставляет исследовать глубины человеческой души и границы возможностей взаимоотношений через это чрезвычайно разнообразное общение....
– О, Жан-Поль! – обрадовался в коридоре Фокс. – Ты ведь еврей?!
– Ну… – хмуро ответил Боровский.
– Фамилии на «ский» все еврейские, ведь так?
– Слушай, ты, поц, – сказал Боровский. – Где твои ботинки?
– Виноват, – пробормотал Фокс и убежал по коридору.
Боровский вошел в рубку и остановился посредине, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок.
– Бар-р-дак! – прорычал он, ни к кому специально не обращаясь.
Вернер подобрал сумку и встал.
– Контроль отражателей в норме, – доложил он.
– А, – сказал Боровский, как будто только что заметил Вернера.
– Видимо, дефектный блок. Сейчас я его протестирую на своей машине и тогда смогу дать полное заключение.
– На диверсию не похоже? – неожиданно спросил Боровский. Ива, услышав это, подпрыгнула в кресле и обернулась.
– Не похоже, – ответил Вернер, ощутимо понизив голос. – А что?
– Да так, – Боровский неопределенно шевельнул бровью. – Пришел снизу меморандум о профилактике возможного саботажа.
– Знаете, коммандер, – сказал Вернер без тени юмора в голосе. – По-моему, в Адмиралтействе у кого-то поехала крыша. А вы – рады стараться.
– Ты сам-то когда из психушки вышел?! – окрысился Боровский.
– Да я там, может, и вовсе не был… – пробормотал Вернер обескураженно."
"– А я – был, – веско сказал Боровский. – И многому там научился.
– Раз вы такой ответственный, подарите ей вибратор, – посоветовал Вернер.
– Да у нее этих вибраторов два ящика. Не в том дело. Ты пойми меня правильно, Эндрю. Мы с тобой здесь отвечаем за боеспособность. Только мы. Ну, еще твои пятеро шлимазлов, но с них спросу никакого. А больше никто. Ни Кенди, ни тем более этот толстожопый Фокс. Даже адмирал Рашен ни за что на «Тушканчике» не отвечает. А вот спросить они могут. И с кого? С нас. Понял? Так что давай, шевели мозгами. Тем более, ты русский.
