Автор
В мире, где язык "Экипажа" олицетворяет разнобой между старым и новым, французскими элегантностями и вольным английским — эта книга открывает новый мир. Учитывая, как люди переходят на французский для увековечения "ты", в тексте переплетаются языки, создавая неожиданные тонкие ассоциации. А сюжет заставляет исследовать глубины человеческой души и границы возможностей взаимоотношений через это чрезвычайно разнообразное общение....
– И к Линде не суйся. Я с ней уже сам поговорил. Хватит с нее. Ладно, Andrey, ты работай по своему расписанию, я потом тебя найду. По местам, господа астронавты. Не развалите тут все окончательно.
Вернер и Боровский, щелкнув каблуками, скрылись в коридоре. Рашен подошел к пульту Ивы и устало повалился в кресло слева от нее.
Ива украдкой посмотрела на адмирала. Ей всегда нравилось его волевое и умное лицо. Но сейчас под глазами Рашена запали тени. И глаза эти, всегда острые, живые, а зачастую даже и злые, теперь казались мертвыми.
– Пожалуйста, вызови Задницу, Иветта, – пробормотал адмирал, потирая ладонью глаза.
– Да, сэр. – Ива набрала команду, быстро переговорила с дежурным «Гордона», и через минуту на мониторе появилась костлявая физиономия контр-адмирала Эссекса.
– Здравствуй, Фил, – сказал Рашен. – Ты мне нужен. Сможешь подвалить часам к семи?
– Один? – спросил Задница.
– Да. Бутылку только возьми и подваливай. Думать будем.
– А может, ты ко мне? Моя охрана у тебя на борту не поместится.
– А ты всех не бери.
– Ну, Алекс, ну чего тебе стоит…
– Фил, кончай ныть. Ты уже старый хрен, а все ломаешься, как не знаю что… Я сказал «подваливай», значит, подваливай.
– Сам ты старый хрен. Ладно, жди, – и Задница дал отбой."
"– Все-таки он действительно Задница, – заключил Рашен.
– Наш кораблик самый лучший, – сказала Ива. – И сами мы классные парни и хорошие астронавты.
– Угу, – кивнул Рашен. – Только, кроме нас, этого почему-то никто не понимает. Да и сами мы, честно говоря… Слушай, детка, ты мне доложить ничего не хочешь?
– А что докладывать, сэр? – удивилась Ива.
– Воин, службою живущий, читай Устав на сон грядущий, – продекламировал Рашен. – И утром, ото сна восстав, читай внимательно Устав… А я ведь, кажется, целый адмирал…
– Можно вопрос, драйвер? – спросила Ива, игнорируя намек.
– Хоть восемь. Но сначала ты мне скажешь, что положено. Что тебе, жалко? Уважь старика.
– Господин адмирал, за время вашего отсутствия происшествий не случилось.
