Автор
В мире, где язык "Экипажа" олицетворяет разнобой между старым и новым, французскими элегантностями и вольным английским — эта книга открывает новый мир. Учитывая, как люди переходят на французский для увековечения "ты", в тексте переплетаются языки, создавая неожиданные тонкие ассоциации. А сюжет заставляет исследовать глубины человеческой души и границы возможностей взаимоотношений через это чрезвычайно разнообразное общение....
– Перегрев обшивки носа тридцать два. Плавится носовая оптика."
"– Экраны в графический режим! – крикнула Ива, видя, что изображение мутнеет.
– Расплавилась носовая оптика, – вздохнул Боровский. – А где я новую возьму?
– Вырвались! – неожиданно в полный голос заорал Рашен. – Вырвались, родные! Теперь на курс шесть! Как слышишь меня?! Да! Да!
Ива бросила взгляд на общую схему боя. Два круизера, шедшие обходным маневром, прорвали заслон малых кораблей и теперь, помятые, но непобежденные, быстро удалялись куда-то к Южному полюсу.
* * *«Старк» и два бэттлшипа ударили залпом, превратив в огненный шар еще один дестроер. Замыкающий группы F мотнулся в сторону и выстрелами из кормовых батарей обездвижил землян, пытающихся развернуться позади и броситься группе вдогон. Ему несколько раз чувствительно влепили по корпусу, но, судя по всему, не смертельно.
– Осталось двадцать минут, – напомнил Вернер. – Перегрев реактора критический.
– Цифру! – потребовал Боровский.
– Этого вам лучше не знать, – меланхолично ответил Эндрю.
Еще один залп противника ушел впустую.
– Как мы обогнем эту дуру, шеф? – спросил Боровский, имея в виду «Старк».
– Мы не будем ее огибать, – процедил Рашен. – Мы зажмем ее и сломаем. Кто не знает, я объясню. Слушать меня всем! У мегадестроеров есть конструктивный недостаток. Десять минут плотного заградительного огня – и вылетает система наведения. Все ясно? Повредить эту huevinu мы, конечно, не сможем, но заткнуть ей пасть – вполне. И потом спокойно приземлимся.
«Десять минут под таким огнем… – подумала Ива. – Ну что же, может, кто-то и уцелеет. Но только не мы.
Она машинально выполнила маневр уклонения.
– Потеряли дестроер, – доложил Боровский.
– Еще два бэттлшипа, – сказал Рашен. – Потом будет легче.
– Нас догоняют файтеры.
– Плевать. Не успеют. Вернер! Andrey! Гарантируешь двадцать минут?
– Восемнадцать, Oleg Igorevich. Только восемнадцать.
– Не хочу терять корабль, – пробормотал Рашен. – На чем мы тогда к чужим пойдем?
– Да кончайте вы трепаться, драйвер! – взорвался Боровский.
