В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
"
"– Доброе утро, Август! – Я легонько щелкнула воробышка по клюву. – Как прошла ночь?
– Прекрасно, моя ранняя, прекрасно, – томным механическим голосом отозвался воробей. – А день обещает быть еще прекраснее. Занятия через два часа, и учти, я буду недоволен, если твоя ночь прошла менее прекрасно, чем моя.
– Вот еще, буду я тебе отчитываться! – фыркнула я и показала воробью язык.
– Адель, почему мне кажется, что ты кривляешься? – пощелкал клювом воробей, издавая противный металлический звук.
– Потому что ты умный и хорошо меня изучил?
И я на одной ножке проскакала к ванной.
Я сняла кулон Ардена, но ничего не изменилось, значит, это не он? Ну и отлично! Приятно получать просто украшения, а не амулеты, свойства которых остаются загадкой.
Открыла воду и забралась под прохладный душ. Кр-р-расота!
– Мур-р… – в этом коротком звуке я услышала и восторг, и нежность, и восхищение.
Мудофель появился прямо из воздуха, улегся на бортик бассейна и с нескрываемым удовольствием начал меня рассматривать.
– Нравлюсь?
– Ведьма…
Откуда во мне столько кокетства? Но моя нагота и восторженный взгляд фамильяра Ардена не раздражали и не вызывали стеснения, наоборот, мне нравился блеск его графитовых глаз.
– Арден?.. – протянула я угрожающе. – Подсматривать неприлично!
– Мур?
Пушистик вздрогнул, моргнул, и на меня опять смотрели желтые глаза с вертикальными зрачками, правда, обожания в них не стало меньше.
– Мне нужна моя волшебная книга…
Сияние начало тухнуть, и, пока я вытиралась большим теплым полотенцем, кожа перестала светиться.
– Мама…
Огромный лохматый паук с множеством глаз и ног, стремительный, как гоночный болид, бросился в угол, где лежали густые тени от высокого шкафчика с полотенцами.
