Автор
Журнал в руках пытался подорвать мой аппетит, но вместо этого заставил задуматься о смысле жизни. Как можно отвернуться от важных вещей ради вкусности? В этом мире мачо и жестокие хищники затаили душевные раны за улыбкой на обложке "Мачо чужой мечты".
Теперь понятно, по какой причине я не люблю сидеть в зрительном зале? Фальшивых эмоций нахлебался дома.
Вполне вероятно, что Руфь Соломоновна являлась замечательной исполнительницей и великолепным педагогом, но сейчас она переигрывала и явно произносила текст некогда сыгранной роли.
— Бог накажет злодея, — выла Гиллер, — кару понесут все! Да! Да! Да!
Внезапно актриса села и вполне спокойно продолжала:
— Сонечка накануне убийства была здесь и рассказала правду. Ее брак с Вяльцевым лопнул сразу. Она была нужна ему лишь для московской прописки.
— А кто? — тихо поинтересовался я, великолепно зная ответ.
Руфь вскочила.
— Это шок! Подлинное имя мерзавца Юрий Оренбургов-Юрский.
— Что вы говорите! — делано ахнул я."
"— Он убил отца и мачеху, — с горящим взором вещала Гиллер, — отсидел много лет, вышел на свободу и решил начать жизнь с чистого листа. Раздобыл паспорт на имя Андрея Вяльцева, женился на Соне, обманом втерся в семью, поступил ко мне в институт, выжал из связи с Умер все возможности и бросил Сонюшку.
— Ужасно! — поддакнул я. — И доказательства есть?
— Полно! — отмахнулась Руфь. — Ты же детектив, поройся в бумагах, точно найдешь и материалы суда, и сообщение об отсидке. Слушай дальше! Основное впереди. Уж не знаю, коим образом Сонечка узнала правду о бывшем муже, но она мне сказала: «Я сглупила, зря зарегистрировала Марка на Андрея, теперь разрешение на выезд нужно. Сделай одолжение, позвони Вяльцеву, попроси оформить бумагу у нотариуса».
— И как вы поступили?
— Отказала, — мрачно ответила Руфь, — не захотела вмешиваться, испытала чувство гадливости. А Соня…
— Что?
— Некрасиво, конечно, — забубнила Гиллер, — она решила шантажировать бывшего мужа. За час до смерти она позвонила мне и сердито заявила: «Андрей сволочь! Я обратилась в детективное агентство, попросила провести с ним беседу насчет разрешения!»
… — И что? — забеспокоилась Руфь.
— Вяльцев отказал. Сейчас мне перезвонил и завопил: «Еду к тебе, сиди дома, сука, чего натворила? Какой такой ребенок? У Марка моя фамилия? Я тебя убью, морду изуродую, чтобы улыбаться не смогла».
— Немедленно сообщи в милицию, — приказала Руфь, — Вяльцев опасен.
— Он трус, — заорала Соня, — пусть явится, расскажу ему о Юрии Оренбургове-Юрском, поставлю вопрос ребром: или ты подписываешь бумаги, или всему миру расскажу об истинном имени Андрея Вяльцева. «Треп» за счастье сочтет напечатать статью.
