Зовущая книга "Мацзу" вводит вас в мир морских приключений, где князь Путивльский становится бесстрашным капитаном, а Морские гезы и Корсары борются за права на проливы. Насладитесь неповторимой атмосферой средневекового моря, полной вражды, призывания и отчизнения.
На них изредка ремонтировали европейские корабли, потрепанные за время перехода сюда, а все остальное время строили небольшие посудины для каботажников и рыбаков. Сейчас два стапеля простаивали. Оба принадлежали португальцу Педро Коста, носатому горбуну лет сорока, угрюмо смотрящему на жизнь из-под черных, широких, густых, всклокоченных бровей, нависающих двумя козырьками над темно-карими глазами, который перемещался стремительно, опираясь на длинный, выше него, посох с разметкой в сантиметрах. Последнее удивило меня.
— Что желаешь построить, парень? — спросил он на плохом английском, глядя на меня снизу вверх и как бы сквозь густые брови.
— Тридцатиметровую гафельную шхуну с острыми обводами, как у клипера, и соотношением длины к ширине, как пять к одному, — ответил я на португальском.
Педро Коста гмыкнул удивленно, то ли поражаясь знанию его родного языка, то ли моему пожеланию, после чего поинтересовался:
— Ты американец? — и сам ответил: — Американец.
— Потому что быстроходный и маневренный, хорошо ходит круто к ветру, — сказал я.
— Не спорю, — произнес он, — зато груза берет меньше.
— Для меня важнее скорость, а не количество. Груз будет легкий, — сообщил я.
— Чай? Шелк? — полюбопытствовал он.
— В ту сторону, а обратно опиум, — не стал я скрывать.
Все равно со временем узнает. В Китае секрет — это то, о чем болтает меньше миллиона человек.
— Что ж, выбор правильный, — сделал он вывод, после чего произнес: — Чертежей, конечно, нет.
— Пока нет, но если дашь толкового чертежника, будут, — пообещал я и объяснил с улыбкой: — У меня получится слишком коряво, не разберешь!
— Видел бы ты, с какими чертежами мне приходилось иметь дело! — улыбнувшись впервые за время нашего общения, воскликнул Педро Коста.
15"
"Чтобы я не скучал, пока будет строиться шхуна, мои компаньоны еще в их деревне подогнали мне девушку лет тринадцати по имени Лианхуа (Лотос — буддистский символ чистоты и гармонии).
