В этом магазине, где время застывает, Славик знакомится с недружелюбной сотрудникой и странным созданием. Он отправляется вместе с ней на поиски старинного альбома, оказавшегося опасным. Матильда называет его "вещью не в себе", угрожая жизни исследователя.
Горела шишка на лбу, после драки — назвать это просто избиением Славику не позволяли остатки гордости — лицо ощущалось одним сплошным синяком. Поэтому Славик даже обрадовался, когда Матильда прислонилась к столбу рядом с вымазанной белой краской стеклянной дверью, на которой краснел медицинский крест. Немного отдохнув, Матильда забарабанила в стекло.
— Да открыто же! — раздраженно крикнули изнутри. — Заходите!
Она ввалилась внутрь, а Славик потратил еще какое-то время на то, чтобы, поскуливая от боли в ногах, одолеть двухступенчатое крыльцо.
Он поначалу решил, что это травмпункт или маленькая частная клиника, но за дверью оказалась аптека. Матильда, держась за прилавок, уже диктовала в окошко:
— …Настойку уразной травы, мазь Вишневского…
— Это вы, наверное, записали не так. Может, мазь Зелинского?
— Зелинского, — с готовностью согласилась Матильда, а дама по ту сторону стекла, заметив Славика, глухо рявкнула из-под марлевой повязки:
— Молодой человек, масочку надеваем!
Славик послушно зашарил по карманам, как будто надеялся, что маска сама там материализуется.
— Девушка, передайте ему. Что ж вы все нарушаете…
Матильда обернулась, и оказалось, что она уже в маске. Пугающая бредовость происходящего набирала обороты. Если бы сейчас в аптеку заглянул, к примеру, зомби с рецептом на мозги — и, разумеется, в маске, — Славик воспринял бы это как должное.
— Еще бинты, зеленку и обезболивающее.
***"
"До полуразрушенного особняка, обтянутого железной сеткой, они добрались в полном молчании. Матильда, похоже, не шла целенаправленно именно к этому дому, а просто искала укромное местечко. Протащив охающего Славика через дыру в заборе и забравшись поглубже в гнилое нутро особняка, она села прямо на землю, густо усыпанную мусором.
