В бесформенной хижине, где не было места для удовольствия ни за какими бы деньгами, гостья смотрела на мир через тоскливые глаза и презрение. Тайринг, ее любящий друг, махал рукой, пытаясь передать ей все свои мысли: уйти, но она лишь слушала, не желая отказываться от возможности заработать даже здесь....
Размерами столичный оазис раз в десять превосходил провинциальный. Дух плыл себе без устали, я же перешла на легкую трусцу. Иначе мы так до утра не разберемся, а меня дома голодные дети ждут!
Местное древо выглядело иначе.
Массивный приземистый дуб распустил узловатые корни во все стороны. Вместо того чтобы горделиво возноситься к небесам, он рос вширь, ветвями закрывая наглухо приличных размеров поляну. Сквозь ковер из опавшей листвы и иголок то тут, то там пробивались бархатистые шляпки белых грибов.
На продажу не рискну. Мне одного раза хватило.
Дефицита в магии Древо не испытывало. В отличие от Вальмарковых «Кущ» здесь, похоже, работало достаточно водников, чтобы подпитывать и оазис, и всех его обитателей.
Еще бы, прямые поставки во дворец, к столу его величества. Все должно быть наилучшего качества!
Не удивлюсь, если и зарплата, и содержание у столичных смотрителей лучше.
– Что же вы с остальными не делитесь? – пожурила я молчаливо возвышающийся дуб. – Там купола схлопываются от недостатка энергии, а вы жируете внаглую.
– Да мы делимся. Все лишнее в сеть идет, – заюлил хранитель.
– Лишнее? – выгнула я бровь, красноречиво оглядывая поляну. За деревьями маячила соседняя прогалина, усыпанная ягодами так, что листочков за ними почти не видно. – Удивительно, как у вас вообще что-то остается.
– Мы – центральный узел сети, – выпятил грудь дух.
– Ты удивишься, но нет. Так оно не работает, —хмыкнула я. – Это тебе люди сказали?
– Так ученые говорят. Которые исследуют уцелевшие оазисы.
– То есть местные в курсе, что все зеленеющие участки взаимосвязаны? – уцепилась я за мысль.
– Конечно. У них даже карта примерного расположения нитей составлена. Правда, неправильно…
– Насколько неправильно? От балды, что ли?
– Старая она. С тех пор каналы уже раз десять сменились: новые появились, прежние заглохли и усохли.
– Интересно, – протянула я.
И в самом деле весьма занимательно. То есть тот, кто создавал систему куполов, оставил документы или указания потомкам. А может, и инструкции!
Кстати об инструкциях, я еще свой заветный схрон толком не распотрошила. А надо бы. Там может лежать много всего интересного. Те же копии бумаг, в том числе.
