Автор
Американка Майя просыпается в роскошном дворце шейха и становится его пленницей. Между ними вспыхивает опасная страсть, но свобода кажется недостижимой. Сможет ли она найти любовь в золотой клетке или ей удастся сбежать?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Майя. Игрушка Шейха (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Американка Майя просыпается в роскошном дворце шейха и становится его пленницей. Между ними вспыхивает опасная страсть, но свобода кажется недостижимой. Сможет ли она найти любовь в золотой клетке или ей удастся сбежать?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Американка Майя просыпается в роскошном дворце шейха и становится его пленницей. Между ними вспыхивает опасная страсть, но свобода кажется недостижимой. Сможет ли она найти любовь в золотой клетке или ей удастся сбежать?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вроде бы все скромно, по– офисному, а ощущения неуютные… Мне бы мою привычныю широкую толстовку с джинсами…
– Ладно,– говорит она чуть спокойнее,– не забудь взять у Ирины Коршуновой бэдж и сделай что– то со своими сапогами уже! Стыдоба! Вообще– то люди в такую погоду сменку с собой берут, если не могут по улицам аккуратно ходить!"
"Заведующая кафедрой умела окатить ушатом презрения, когда нужно. За спиной мы называли ее Круелла в честь знаменитой злодейки из детского мультика – за любовь к широким шубам, старомодную прическу– начес, привычку курить на крыльце института в перерывах между парами тонкие сигареты на мундштуке. Жена высокопоставленного дипломата на пенсии, она все еще жила воспоминаниями о командировках мужа с пафосными светскими раутами и педантичностью протокольных заморочек в виде длины юбки и цвета лака ногтей.
С ногтями у меня все было хорошо– ненавязчивый френч, который я неплохо делала себе сама. Но вот к волосам та сегодня моглаприкопаться, конечно. Только сейчас об этом подумала. Дело в том, что я никогда не закалывала волосы. Просто патологически не могла терпеть все эти крабы и резинки– они стягивали мне голову, заставляли ее сжиматься в болезненных конвульсиях, просто лишали возможности думать.Всегда просто вымытые распущенные длинные волосы. Ничего преступного и зазорного для девочки девятнадцати лет, не считаете? Но вдруг сейчас осенило, что и это могло сегодня выбесить Круеллу.
– Ты где шаришься, Май?– шипит на меня подруга Ирка с курса, поставленная распределять бэджи,– так, все крупные страны уже распределены. К заливникам– эмиратчикам и саудам– поставили парней. Ирак, Сирия и Ливан тоже ушли у тебя из-под носа, пока ты тупила. Я печально вздыхаю. На самом деле арабский язык не один– диалектов ровно столько, сколько стран в регионе, а иногда и по несколько на страну. Есть литературный арабский– фусха– который мы учим в институте, универсальный язык, на котором общаются деловые круги, но его сходство с разговорными формами примерно такое, как между русским и языками других славянских народов. Все страны, чьи диалекты были более-менее понятны, конечно же, быстро разобрали.
– И что же мне остается?
– Киренаика,– говорит Ирка, кривя рот,– могу предложить еще Судан и Мавританию, но там вообще ничего не поймешь. В прошлом году ребята, работавшие с ними, жаловались.
Черт… Вот же везунчик, Майя… Ничего и не скажешь… Киренаика. Небольшая страна на Севере Африки, всегда держащаяся в гордом отстранении от всего арабского мира, считая себя скорее уникальной нацией– миксом между африканской и арабской культурами. Зато очень богатая по запасам газа и нефти, что и позволялосохранять независимость на международной арене. Ну, что поделаешь. Что есть то есть.
