Через семь минут она уже доставала из духовки румяные гренки с сыром, и кофе дымился в чашках. Павел Петрович положил в кофе неприличное количество сахару и оглянулся на Надежду. Жена в этом случае тотчас принялась бы ворчать, Надежда же и бровью не повела.
Когда гренки были съедены и кофе выпит, Надежда почувствовала небывалый прилив сил, Павел Петрович тоже глядел веселей.
– Послушай, вот что я думаю! – возбужденно заговорила Надежда. – Если во всей продукции фирмы, то есть, допустим, в этом самом ночном питательном креме, содержится какое-то вредное и даже опасное для жизни вещество, то отчего же никто раньше ничего не понял? Ведь огромный склад на Киевской улице буквально набит разной косметикой! И сеть распространителей все время расширяется, у фирмы хорошо идут дела!
– Тут что-то не так, – поддержал Павел Петрович, – концы с концами не сходятся.
– И вот что я надумала! Наверное, косметика этого самого «Ликофарма» не сказать чтобы уж такая чудодейственная, но и не хуже других. Во всяком случае, вреда от нее никакого нет. Но отчего-то некий яд попал в некоторое количество крема. Не зря ведь парни из фирмы так гоняются за этим списком. То есть я думаю, что у этих десяти женщин крем с ядовитыми примесями. Ужас какой, ведь это они все помрут! Нужно же что-то делать!
– А что тут сделаешь? – заговорил Павел Петрович. – Ты пойми, Надя, ведь твои утверждения совершенно бездоказательны. Мы же не можем ездить по всем этим женщинам и рассказывать им всю эту невероятную историю! В лучшем случае нас просто не станут слушать, а в худшем – сдадут в милицию! И пока мы будем доказывать, что ничего плохого не сделали, время будет упущено! Если бы точно на руках иметь эту самую баночку с ядовитым кремом, тогда хоть что-то можно будет доказать!
– Нет, говоришь, доказательств? – задумалась Надежда. – А мы их достанем! Причем сегодня же вечером.
– И каким же образом? – недоверчиво спросил Павел Петрович. Надо сказать, что его несколько утомлял Надеждин темперамент.
И то подумать: славная, спокойная, приятная на вид женщина, Надежда Николаевна становилась сущим стихийным бедствием, когда ей в голову втемяшивалась очередная детективная история. То есть, конечно, в данном случае Павел Петрович сам во всем виноват, сам оказался замешанным в криминал. Но и Надежда тоже хороша. Он-то готов сдаться, махнуть рукой на Париж и скрыться на некоторое время где-нибудь в деревне, благо сейчас лето.
