Потерпевшей поражение агентке Эрике Доусон доверяют опасное задание: стать приманкой в лагере работорговцев посреди пустыни Махруса. Рискуя жизнью ради раскрытия преступной сети, она должна завоевать доверие врагов и выжить в безжалостных песках, где одна ошибка может стоить ей всего.
Я не настолько беспечен и беспорядочен в связях, как ты себе напридумывала.
— Это тоже только слова, не подверженные доказательствами.
— Извини, но справку с собой я не прихватил. Придется поверить на слово. — Эрика вызывающе фыркает, собираясь выдать очередную язвительную фразу, но я опережаю ее. — Ты назовешь мне координаты, Эйнин? Чтобы я никогда не винил себя потом в том, что допустил ошибку, не проявив настойчивость.
— Я знаю их. Разве этого недостаточно? — она тревожно кусает губы, бросая на меня настороженные взгляды. Небольшой диспут о контрацепции мгновенно забыт.
— Я должен убедиться, что там безопасно, — стальным тоном поясняю я.
Перед началом операции в мое распоряжение попала стратегическая карта, где обозначены все места дислокации агентуры АРС, штаб-квартир и территорий, попадающих под особый контроль спецслужб. Протянув руку, беру с прикроватной тумбочки гаджет и вкладываю в бледнеющие в полумраке пальцы девушки.
— Вбей сама.
И когда после непродолжительных колебаний Эрика Доусон выполняет мою просьбу, я забираю телефон. Открыв приложение, ввожу координаты, приближаю загоревшуюся точку. Брошенный, пустующий поселок на границе с Ираном, никаких крупных жилых центров вокруг. Территория выделана нейтральным серым цветом. Чисто. Облегченно вздыхаю и, приобняв Эрику за плечи, оставляю на виске самый невинный за последние сутки поцелуй, чувствуя, как сильно бьется пульс под моими губами.
— Спасибо, Эйнин, не бойся ничего. Ты все сделала правильно, — поддев пальцами ее подбородок, я смотрю в прозрачные сапфировые глаза, в глубине которых серым пеплом опадает сомнение. Опускаю взгляд на приоткрытые губы и снова возвращаюсь в бездонные омуты."
"Я знаю только один действенный прием, способный изгнать недоверие и тревогу из голубых глаз мисс Доусон, и я воспользуюсь им. Она будет против… как обычно, она скажет, что больше не хочет, не может, не способна. Она будет рычать и царапаться. Но мне понадобится не больше пяти минут, чтобы усмирить дикую бунтарку, а еще через пять она будет кричать и извиваться подо мной, умоляя не останавливаться. Но я ошибся по большинству пунктов. Обхватив запястье горячими пальцами, Эйнин опускает мою ладонь на свою грудь и, не разрывая зрительного контакта, забирается на меня, расставляя согнутые в коленях ноги по обе стороны от моих бедер. Подсунув ладонь под упругую задницу, с силой сталкиваю наши тела.
