Автор
Здесь скромная кухарка и герцог страстно целуются в мягких осенних сумерках под яблонями, символами любви. Однако приходящая смертность тётушки и неотложные хозяйственные заботы скоро вынуждают их разлучиться.
– Вы прекрасно бдите за глупой пташкой, - я помедлила и упрямо выпалила: - Бдун!
Эбенезер схватился за сердце, но я на уловку не купилась.
- Больше не устраивайте таких авантюр, - я схватила тряпку, чтобы снять чайник с плиты, но руки так дрожали, что я неловко повернула руку и обожгла палец.
Было ужасно больно, и слёзы сами брызнули из глаз, но я поставила чайник на подставку и отмахнулась, когда Эбенезер забегал вокруг, предлагая посыпать место ожога содой.
В это время дверь в кухню распахнулась, и на пороге появился герцог де Морвиль – тоже свеженький, как огурчик с летней грядки, но тоже мрачный, и даже немножечко злой.
- Что происходит? – спросил он, так посмотрев на Эбенезера, что я невольно шагнула вперед, становясь между слугой и герцогом.
- Ничего, милорд, - ответила я, пряча руку под передник. – Через пять минут я подам чай. Поднимитесь, пожалуйста, в столовую, если готовы завтракать.
- Не готов, - отрезал он и произнёс ледяным тоном: – Сначала я хотел бы поговорить с леди Сесилией.
- Эбенезер, оставьте нас, пожалуйста… - начала я, но тут старик высунулся из-за моего плеча, воинственно выпятив нижнюю челюсть.
- Вы не будете говорить с леди Сесилией, - заявил он и добавил язвительно: - Наедине. Только в моём присутствии.
- Эбенезер… - почти простонала я, видя, что герцог закипает, как только что – медный чайник.
Но у чайника… то есть у герцога крышечку не сорвало. Он глубоко вздохнул, с видимым усилием обуздав себя, и кивнул.
- Буду ждать завтрак в столовой, - процедил он сквозь зубы и вышел.
- Не смейте разговаривать с ним! – тут же зашипел Эбенезер, хватая меня за локоть. – Не слушайте его! Сколько доверчивых девиц пропало из-за того, что слушали мужчин!
- Вам-то откуда знать? – спросила я печально, подходя к рукомойнику и ополаскивая обожжённый палец холодной водой.
- Знаю уж, - сварливо ответил старик. – Эти молодые мужчины наговорят с три горы, а не выполнят даже на песчинку. Вам надо быть осторожнее, леди. Не того хотел для вас дядюшка…
Я снова чуть не сказала, что дядюшка жив и очень доверяет герцогу, но помолчала.
- Отнесите милорду чай, - сказала я. – И садитесь завтракать.
- А вы? – требовательно спросил Эбенезер.
