В темной гостиной запах воска наполнял воздух мрачным благоуханием, заставляя дрожать от ужаса кровь на ладонях каждого присутствующего. Огонь в камине кипел и дымился, создавая гнетущую атмосферу замка Шгрив, который казался бесконечным скитанием по безымянной пустоши....
Ты привёл? И кто же здесь у нас? — пристальный взгляд брата Елия переместился ему за спину."
"— Тебе понравится, — ответил тот и отошёл в сторону, открывая вид на Лию и её служанку.
Лысый приблизился к Грой.
— Сколько тебе лет от роду, дева? — вкрадчиво спросил он девушку и, подняв руку, дотронулся до её щеки. Тиль отпрянула от его конечности, скривившись от омерзения.
— Кто вы такие? — проигнорировала она вопрос и сдвинулась чуть в сторону, загораживая собой маленькую хозяйку.
— Строптивая, — протянул главарь, — отказалась пить зелье или доза для тебя мала? — Он красноречиво окинул её взглядом с ног до головы.
— Сам травись своей гадостью!
Что с ней происходило, Матильда и сама не могла понять: страх перед неизвестностью обнажил дерзкую суть её характера. Она понимала, что эта её бравада в такой ситуации нелепа и смешна, но остановиться уже не могла. Единственная мысль засела в голове верной «великанши» — как можно дольше отвлекать внимание лысого на себя, и если случится чудо, то они вообще забудут о тихо стоящей за её спиной леди Юлии.
— Зря. Ты, видимо, не подозреваешь, что тебя ждёт. Сама себе все усложнила, но… это твой выбор, — наигранно печально покачал он головой. — Брат Талий пора начинать. Зовите всех, — как-то даже устало отдал распоряжение мужчина и, развернувшись, медленно двинулся к центру зала.
Матильда дерзко усмехнулась, стараясь не обращать внимания на гадкую улыбочку «хрипатого», а в душу уже начала пробираться разъедающая внутренности паника.
— Вы не имеете права! Нас будут искать! Нас найдут! — голос к концу её выступления всё-таки дрогнул, и прорезались истеричные нотки.
— Возможно, — покладисто согласился главарь, не оборачиваясь, — но для тебя, красавица, будет уже слишком поздно.
Дальше начался настоящий кошмар. Тиль отволокли к стене и приковали руки сопротивляющейся девушки к кандалам на длинной цепи, пропущенной через кольцо, торчащее из стены. Комната начала заполняться откуда-то взявшимися людьми в серых балахонах с капюшонами, скрывающими лица.
