Автор
В этой книге, как холодный лед в сердце, переплетается историями из реальной жизни — от случайных аварий до безумно любимых людей, потерянных в мгновении. Читатель погружается в тонкую атмосферу волнующих и печальных приключений, где каждый вздох кажется последним.
Месяцев испытывал к бывшему президенту теплые чувства, однако, когда в последний раз слушал интервью с ним, его речевое кружение, понял, что время Горбачева ушло безвозвратно. На то, что можно сказать за четыре секунды, бывший президент тратил полчаса. Привычка коммуниста: говорить много и ничего не сказать. Как в дурном сне.
Женщина, которую он пропустил, высунулась из кабины и спросила:
– Вы не дадите мне жетон? В долг? У меня прервалось...
У Месяцева был всего один жетон. Он растерянно посмотрел на женщину.
Месяцев протянул жетон.
Оставаться было бессмысленно. Месяцев отошел от автомата. Направился в кинозал.
Перед кинозалом продавали билеты. Деньги принимал довольно интеллигентный мужчина инженерского вида. Видимо, он искал себя в новых условиях и пошел продавать билеты.
– У вас нет жетонов для автомата? – спросил Месяцев.
– Все забрали, – виновато улыбнулся продавец.
Это «посмотрите» и виноватая улыбка еще раз убедили Месяцева в несоответствии человека и его места. Стало немножко грустно.
Он купил билет в кино.
Шел американский боевик. Гангстеры и полицейские вели разборки, убивали друг друга равнодушно и виртуозно. Стрельнул, убил и пошел себе по своим делам. Жизнь ничего не стоит.
«Неужели и русские к этому придут? – с ужасом думал Месяцев. – Неужели демократия и преступность – два конца одной палки? Если личность свободна, она свободна для всего.
Фильм кончился благополучно для главного героя. Американский хеппи-энд. В отличие от русского мазохизма. Русские обязательно должны уконтропупить своего героя, а потом над ним рыдать. Очищение через слезы.
Месяцев вышел из кинозала и увидел женщину.
– Я забрала у вас последний жетон? – виновато спросила она.
– Ничего страшного, – великодушно отреагировал Месяцев.
– Нет-нет, – отказалась она от великодушия. – Я не успокоюсь. Может быть, в буфете есть жетоны?
Они спустились в буфет, но он оказался закрыт.
– Здесь рядом есть торговая палатка, – вспомнила женщина. – Они торгуют до часа ночи.
– Да ладно, – отмахнулся Месяцев. – Это не срочно.
– Нет, зачем же? – Она независимо посмотрела на Месяцева.
У нее были большие накрашенные глаза и большой накрашенный рот. Краска положена в пять слоев.
«Интересно, – подумал Месяцев, – как она целуется? Вытирает губы или прямо...»"
"Женщина повернулась и пошла к гардеробу.
