«Мы — умные, добрые и хорошие!» — тоже не звучит.
Видимо, многие думают иначе. Кричать о себе: «Я — хороший!» — не решаются. А вот утверждать: «Мы — хорошие!» — считается нормальным…
Народ — есть совокупность человеческих личностей. История народа — совокупность человеческих биографий. Культура, религия — необозримая совокупность человеческих деяний и помыслов.
Повышенное расположение к себе — есть нескромность. Повышенное расположение к своему народу — шовинизм.
Заниматься самовосхвалением — непристойно. Восхвалять свой народ, принижая другие, — так же глупо и стыдно.
Прославить человека могут лишь его дела. Так и слава народа — в его деяниях. В его истории, религии, культуре…
Мы создали первую в Америке еврейскую газету на русском языке. Не потому, что мы — лучше. И не потому, что мы — хуже. А потому, что мы — есть. И будем…
В Ленинграде у меня был знакомый — Гриша Певзнер. При слове «еврей» — лез драться. Гриша считал, что «еврей» — оскорбление.
Например, его спрашивали:
— Вы — еврей?
И Гриша становился в позицию.
На его лице вспыхивали багровые пятна. На скулах появлялись желваки.
Он говорил:
— Что ты хочешь этим сказать?!."
"Гриша был уверен, что защищает свое национальное достоинство. Расписываясь при этом в своей неполноценности.
У мировых знаменитостей Гриша выискивал наличие еврейской крови. Считал евреями Пушкина и Блока. Но при этом утверждал, что марксизм выдумал Энгельс — гой и забулдыга…
Гришу можно понять. Гриша настрадался от антисемитизма.
Но ведь мы-то уехали.
(Кстати, Гриша тоже.) Так давайте чуточку расслабимся. Давайте при слове «еврей» не размахивать кулаками.
Любовь к своему народу — естественное чувство. Да и любовь к себе — естественна. Люби на здоровье. Люби, но помалкивай…
Чтобы не получилось — «Еврейское — значит, отличное!»…
Я ДУМАЮ, РЭЙГЕН…Я думаю, Рэйген очень популярен среди новых эмигрантов. Я не имею специальных данных, просто мне так кажется.
Мы знаем, что на коммунистических лидеров оказывает воздействие только сила.
Что любые мирные переговоры они используют в корыстных и неблаговидных целях. Что любое соглашение может быть нарушено в удобной для большевиков позиции.
Кремлевские правители уважают только силу. Рэйген производит впечатление сильного человека. Недаром ему так хорошо удавались роли ковбоев.
Рэйген тверд и практичен. Он последовательно внедряет свои идеи. Уверенно навязывает свою волю конгрессу. На международном уровне высказывается твердо и жестко.