Автор
В старом доме на острове, где нет времени, доктор Сондерс посвящает утро чашке кофе. Все вокруг словно замерло в вечности, а он — лишь один из немногих, кто живет здесь настоящим. Открыв старое окно, он видит сердце острова, засылающееся в сон. Этот уголок времени кажется бесконечным, пока дверь не распахивается на шум волн и далекий крик птицы....
Он глядел на свои седые волосы, растрепанные со сна, на седую щетину, выросшую после вчерашнего бритья. Раскрыл рот, чтобы поглядеть на длинные желтые зубы. Под глазами отвисали мешки. По щекам змеились багровые жилки. Доктора охватило отвращение. Почему из всех живых существ время так чудовищно уродует только человека? Грустно было думать, что A-Кай, прекрасный, как изящная статуэтка из слоновой кости, превратится в высохшего и морщинистого китайца, а Фред Блейк, такой стройный, гибкий, широкоплечий, будет краснолицым, лысым стариком с головой, как колено, и толстым пузом.
— Хватит спать, молодой человек. А-Кай пошел готовить завтрак.
Фред сразу открыл глаза, готовый, как все мы в юности, приветствовать наступающий день, но, оглядевшись, тут же вспомнил, где он и все, что произошло. Лицо его сделалось хмурым.
— Ну же, встряхнись, — нетерпеливо проговорил доктор. — Пойди умойся.
Через десять минут они уже сидели за завтраком, и доктор заметил, отнюдь не удивляясь, что Фред ест с завидным аппетитом.
Когда они кончали завтракать, в комнату вошел управляющий и обратился к доктору Сондерсу с пространной речью. Он знал, что доктор не понимает по–голландски, однако продолжал говорить, и его жесты и мимика были бы достаточно красноречивы, даже если бы взволнованный голос и расстроенный тон не сделали его слова еще более ясными.
— Все известно, — сказал доктор.
— Каким образом?
— Бог весть. Вероятно, бой, который прислуживал в доме, принес утром Кристессену чай.
— Неужели здесь нет никого, кто мог бы перевести?
— Мы все скоро узнаем. Не забудь: ни ты, ни я не в курсе дела.
Они погрузились в молчание. Несколько минут спустя управляющий вернулся вместе с голландским чиновником в белой форме с медными пуговицами; щелкнув каблуками, он назвал какое–то непроизносимое имя.
— Должен вам с прискорбием сообщить, что датский торговый агент по имени Кристсссен застрелился.
— Кристессен? — воскликнул доктор. — Этот высокий парень?
Уголком глаза он следил за Фредом.
— Бои нашли его мертвым час тому назад. Мне поручено расследовать это дело.
