Автор
Температура у Евы роскошная — 38. Малышки хныкают и кривляются между нами с дрожью в теле. Опьяненная болью за каждого здорового ребенка, я не могу отвести глаз. Крестная стучит по столу так оглушительно, что кажется, будто вся квартира гудит в ответ. Это самое страшное время — когда хочется вскрикнуть, но вместо этого я завыю и буду прикрывать глаза от ужаса....
Вот же наха-а-а-а-ал! Гад! Бабник!
– Юлька-пулька, а если я брошу Карину?
От этого вопроса у меня глаза лезут из орбит. Поворачиваюсь и прищуриваюсь.
– С чего бы? Мы все давно решили, Захар! Я не стану спать с тобой за деньги.
– А если не за деньги?
– Нет…
Захар хмыкает. Медленно крадется на своем внедорожнике и равняется со мной.
– Посмотрим, посмотрим, Красная Шапочка.
И эти слова пропитаны таким обещанием, что все внутри съеживается.
Глава 8
Захар
Ну что за девчонка? Огонь! Нет… ПОЖАР!!
С последними фразами я, конечно, дал жару, но понимаю, что именно это я бы и сделал с Шапкой.
Но мы же гордые, мы нос воротим. Котенка спасаем… КОТЕНКА!! Не свой зад, а какого-то непонятного котенка…
Телефон дребезжит на панели и бесит своим жужжанием. Карина… Карина. Да в жопу эту Карину.
– Силиконовая долина, – повторяю слова Юли и начинаю ржать во всю глотку.
И вообще, пора решать с ней что-то. Не то пальто.
Смотрю на дом, где скрылась Юля, и внутри разгорается адово пламя.
Рву с места, и, пока еду до дома родителей, кажется, что на сиденье что-то бликует. Но пока переключаюсь на вид за окном. Плюс этого богом забытого места, что тут нет пробок. Но отсутствие дорог все убивает в хлам. Если бы у меня не было такого вездехода, хрен бы я сюда сунулся.
Да я и сам не могу додуматься, что меня сюда так тянет. Когда родители сказали, где дом купили как подарок от нас с Назаром на годовщину, я чуть со смеху не сдох.
И вдруг я… меня как магнитом сюда тащит. И не пойму, на хера? Почему?
Ну не из-за мамы и Юльки же. Да и маразма в тридцать пять нет у меня.
Загоняю тачку в гараж, ставлю рядом с батиным джипом и наклоняюсь, чтобы посмотреть, что там на сидении.
Помада. Вот же растеряша. Хмыкаю и сжимаю флакон в руке.
– Значит, есть повод увидеться."
"Выхожу из тачки и разминаю плечи.
– Неужели, думала, уже передумал, – мама, как маленькая девчонка, повисает у меня на шее и чмокает в щеку, – голодный?
– Очень, – бреду за мамой в кухню, а тут и папа рисуется, – чем кормить будешь?
– Рыбный пирог есть, есть отбивные с ризотто.
– Ага, пойдет.
Мама шуршит в холодильнике, пока мы с батей обмениваемся рукопожатием.
