Автор
В окне бликовала лунная пустота, но внутри квартиры жизнь пульсировала гладкими шторами и скрипящим полом. Гость с трудом поднялся на диван, его взгляд встретился с хозяином в соседней комнате – человеком, который не нуждался ни в чем. "Я здесь", — тот спокойным голосом выдавил из себя хозяин....
– Сегодня для всех нас знаменательный день – единственный день в году, когда мы взываем к силам, доступным только Ши, и совершаем великий, страшный и таинственный обряд Обновления… Нет на свете ничего более прекрасного и потрясающего, чем прикосновение к корням бытия, истокам миров…"
"Искоса взглянув на беловолосого, Катя увидела, что его рот кривит презрительная усмешка.
– Кто такие Ши? – прошептала она.
– Я, он, – последовал лаконичный ответ.
– Духи природы, что ли?
Беловолосый хмыкнул:
– Мы – истинные Туат'ха'Данаанн.
Слово показалось Кате знакомым.
– Это значит – народ холмов, – перевел беловолосый с надменным смешком.
– Сиды? – переспросила она. Значит, вот кого искал Карлссон!
– У тебя скверное произношение, – проворчал беловолосый.
Катя замолчала. Она обдумывала новость, а Селгарин тем временем вещал. Боже, а она ему так доверяла!
– …И повернуть время вспять! – звенел его голос.
– Вы – эльфы? – спросила она через несколько минут.
– Так нас тоже называли.
«Эльфы! С ума сойти! Настоящие эльфы! Если только он не врет…»
Катя с жадным любопытством уставилась в лицо, выискивая в его чертах нечто нечеловеческое. Беловолосый одарил ее волчьей улыбкой, снова вогнавшей Катю в дрожь.
«Какой он всё-таки жуткий… – подумала Катя. – Жалко, что Карлссон до него не добрался».
– Сегодня обряд Обновления впервые совершается в присутствии преданных! – вещал Селгарин. – И хотя большая часть этого таинства останется для вас незримой, ибо оно совершается вне этого мира, но вам дозволено будет лицезреть уход Ши и его Источника в Долину Тумана, и позже – возвращение обновленного Ши.
– Уход куда? – прошептала Катя. Ей было страшно и любопытно одновременно.
– Увидишь, – проронил беловолосый эльф.
Селгарин закончил свое выступление.
– Пошли, – тихо сказал он. – Начинаем.
Катя не осмелилась противиться. Кроме того, ей было очень интересно, что случится дальше.
Рука об руку они прошли между двумя жаровнями. Катю обволокло пахучим можжевеловым дымом, и у нее закружилась голова – впрочем, голова и раньше слегка кружилась – от голода.
