Автор
Подобно Дездемоне, я воткнулась в ловушку собственного мужа. В этом доме произошло убийство, и никто не может помочь. Меня оставили здесь одни с моей сумкой и мыслями, а я молюсь, чтобы Тигран уехал без меня. Мысли путаются в вороньем гнезде, но надежды нет — он уже уехал, разозлившись и заплатив мне обидой....
– Начни со своей спальни, - Тим, у которого татуировками покрыта грудная клетка, от шеи и до бёдер, тоже улыбается. Подмигивает, наслаждаясь тем, как вспыхиваю. – Должны знать всё о тебе, Кать.
– О вас, - поправляю, направляясь к лестнице. – Катрин и на «вы», будьте любезны.
– А раньше ты была не против такого панибратства.
Раньше были другие времена. Когда моей главной заботой было улыбнуться на камеры, для репутации отчима. Сдать треклятую химию, в которой я совсем ничего не понимала. Зато понимал Тим, другой, который чуток выше.
Когда-то, в мыслях я называла его Мур. Мы с подругой, тринадцатилетние дурочки, подглядывали за ними. Как тренировались или проводили обучение другой охраны. И именно подруга придумала это странное прозвище.
Постыдное, немного влюблённое. Тимур двигался плавно, словно кошак. И немного походил на него взглядом. Так что да, восемь лет назад у нас дома «завёлся» Мур и Тим.
– Простите, раньше? Мы знакомы?
Вскидываю бровь, сжимая пальцами резные перила.
– Шутишь, Кать?
– Шутите. Катрин. И нет. Я правда не понимаю. Если мы знакомы, простите, не помню. Здесь гостевые спальни, в них никто не живёт.
– За сколько может поступить информация, что кто-то останется? – Тим, неожиданно, переходит к обязанностям. – Нам нужно знать хотя бы за пару часов.
– Две недели для друзей Тиграна, месяц для родственников. Остальные – за два или три. Список гостей на ближайший месяц утверждён и изменениям не подлежит.
– Две недели? – Мур, как же странно так о нём думать, переспрашивает. Сводит брови, превращаясь из кота в ягуара. Хищника, увлечённого работой. – А гости без ночевки?
– Те же правила. Тигран не любит посторонних в доме.
– А вы, Катрин? Тоже предпочитаете проводить время в одиночестве?
То, как звучит мужской голос, пробирает. Нельзя так реагировать, нельзя стоять так близко. Но шаг назад не позволяет сделать стена, которая словно взялась из неоткуда.
Тигран предпочитал лёгкие ароматы, чарующие и приятные. Моя новая охрана же использовала тяжелый, сложный запах. Который обволакивал и мешал дышать.
– Чтобы мы понимали, как вас охранять. Катрин.
Они специально выделяют и моё имя, и обращение. Издеваются, подтрунивая над новыми правилами. Но рабочие не могут обращаться к хозяйке дома «Катюша».
