В радостном шоке от известия о беременности, девушка с решимостью готовится к встрече с возмущённым мужем, не предполагавшим такой возможности. Атмосфера — это сочетание жгучей гнева и непреодолимой радости, когда ты знаешь, что главное решение уже принято.
Дура! Какая же я дура! Нашла из-за кого рвать своё сердце! Вот за кого я должна переживать! Только она может переворачивать мой мир!
Не нужны мы ему! Ну и бог с ним! Мы и без него проживём! Теперь мне даже дышать легче! Арину у меня никто не заберёт, она только моя! Про Гордея даже думать не хочу, трус и ещё раз трус, такой мужчина нам не нужен.
Делаю первый глоток, и полость рта наполняет терпкий вкус. Знакомый вкус, вкус из прошлого, которое мне не стоит вспоминать. Там как оказалось нет ничего светлого, только обман и предательство.
- Только бы к нам сейчас Степан Станиславович не зашёл, а то он меня за такое уволит, - тихо хихикает Алёна через десять минут, разрывая тишину.
- Скажем, что я тебя заставила, - подношу большой палец к губам, слизывая с него растаявший шоколад.
Больше ничего не успеваю сказать, так как в дверь стучат. Алёна вздрагивает, её глазки округляются, а я же хмурюсь. По ту сторону двери явно находиться посторонний человек, так как медперсонал заходит без стука.
Встаю со стула, жестом показываю Алёне сидеть на месте, а то она уже подорвалась и готова бежать открывать неизвестным гостям. Не торопясь, подхожу к двери, берусь за ручку и толкаю дверь от себя. Когда же она полностью открывается, то мой взгляд врезается в мужчину, что стоит в пару шагов от меня, замираю.
- Здравствуй Карина, - произносит мужчина, смотря на меня взволнованным взглядом.
- Здравствуйте, что вы здесь делаете? – произношу в ответ, и с огромным удивлением отмечаю, что не испытываю и грамма страха, нет волнения, всё это исчезло.
Может «успокоительное» так подействовало? Больше половины я всё же выпила.
- Я…, я хотел поговорить, - запинается мужчина, рукой потирает свою шею.
Волнуется? Таким я этого мужчину ещё никогда не видела.
- Не имею такого желания, - сообщаю мужчине.
О чём нам разговаривать с отцом Кирилла?
- Карин, не торопись пожалуйста, давай поговорим, девочка? Я…, мне так стыдно, не гони меня, выслушай, прошу! – смотрю на Георгия Алексеевича и не узнаю его.
Передо мной стоит не тот властный мужчина, что кидал слова угрозы в день свадьбы его сына, не Глава огромной компании, предо мной сейчас стоит несчастный человек с потухшим взглядом и сединой в волосах, которую я не заметила при сдаче анализов для ДНК. Не знаю почему, но мне становиться его искренне жаль.
- Хорошо, проходите, - отступаю в сторону, даю зайти мужчине в палату.
