Автор
В темных улочках я прячусь от ночи, стремительно приближаясь к дому. Но внезапное сопротивление людей за руки превращается в панику: изнутри накатывает тошнота, когда пытаюсь вырваться. Выходим на свет, и я начинаю борьбу со страхом, ощущая, что не могу дольше так терпеть....
Такие ""пируэты"", какие исполнил он, сразу же меняют твои симпатии на нечто иное. Денис оказывал мне знаки внимания, но что-то после того, как он бежал сейчас, мне и смотреть не хочется в его сторону.
– Знаешь кто это был? – вдруг спрашивает он, а мне смеяться хочется от его голоса. Вроде бы испугаться я должна была, а голос дрожит у него похлеще чем мой.
– Нет. Определенно не знаю. А должна?
– Ну ты даешь. Это ж хозяин нашего района. Один из пяти в городе.
– Байки это все. Обычный бандит он и все.
– Ну-ну.
– Зато ты у нас, остался бы в целости и сохранности. Быстро ты рванул по ""делам"", сесурити.
– Да с таким как он, в одной комнате страшно просто находиться.
– Я заметила, – зло смотрю на парня и отворачиваюсь. – Я сейчас вернусь.
Ухожу в санитарскую и привожу себя в порядок выпив успокоительное, иначе сердце из груди выпрыгнет просто.
Я слышала истории о том, что в нашем городе есть что-то типа разделения по районам, которыми управляют криминальные люди.
В принципе, даже если это так, мне то какая разница?
Возвращаюсь на место, и там уже обеспокоенная Лидия Викторовна глядит на меня с подобием волнения и страха.
– Даша, это правда?
– Что? – неужели она его так боится?
– Что Халилов тут был?
– Ну да. В первой випке его сын лежит. Да все там нормально, у ребенка…
– Ох, девочка, – вздыхает она обреченно. – Что ж ты меня не позвала сразу? Рассказывай, что сказал?
– Поорал, поугрожал.
– Так, если тебе что-то понадобиться привезти сразу же говори мне, я лично поеду, но эти дни ты будешь тут.
– Вы что серьезно? Да с какой радости, Лидия Викторовна.
– Милая, с таким как он никто не шутит. И кстати это, – она обводит рукой помещение, – его клиника.
– Да, блин, – вот же влипла. – У меня мама с ума сойдет, и сама за мной приедет.
– Значит и ее сюда поселим. А лучше постарайся объяснить, что коллега заболела, а у нас аврал. Даш, я не шучу, – и по ее взгляду стало ясно, что она и правда на полном серьезе говорит сейчас.
«Ладно, ничего не остается и я вынуждена это сделать.
